В подземном ходе было сыро. Он был проложен подо рвом — или каналом, как называли его некоторые, — окружавшим дворец. Потом стены стали суше, теперь их покрывал зеленоватый мох. С трудом, открыв тяжелую каменную дверь, таинственные незнакомцы оказались в помещении со сводчатым потолком. Помещение было настолько древнее, что камни были наполовину съедены временем.

В праздничном зале веселились, ни о чем, не подозревая, однако кое-кто незаметно покинул танцы и нашел дверь, ведущую в подвал. Число телохранителей чуть сократилось, однако до того незначительно, что комендант ничего не заметил.

Люди, покинувшие королевский праздник, добрались до мрачного помещения, которым никто никогда не пользовался. Там они сдвинули с места несколько тяжелых половых досок, под которыми оказалась каменная плита с железным кольцом. Когда плиту подняли, в нос ударил сырой запах древности. По стертым ступеням они спустились в таинственное подземелье. Старый королевский дворец был построен на развалинах древнего монастыря. Люди, покинувшие бал, находились сейчас под этим монастырем, здесь они встретились с теми тремя, которые пришли сюда через подземный ход. В давние времена монахи проложили этот ход подо рвом, чтобы быстро и незаметно попадать в соседний женский монастырь.

Копенгагенцы давно об этом забыли. Поборники истинной власти обнаружили эти подземелья по чистой случайности. Позже, когда королевский дворец был перестроен, подземелье оказалось отрезанным от дворца, но во времена Кристиана V оно внезапно стало представлять собой угрозу королевской власти.

На всех собравшихся в священном подземелье были коричневые монашеские сутаны с капюшонами. Слово «священный», возможно, и звучит богохульством по отношению к происходящему, но все пришедшие сюда считали себя участниками священнодействия.

Помещение было небольшое. Повсюду горели сальные свечи, их зажгли не только ради света, но и ради того, чтобы они хоть немного согрели это сырое, холодное подземелье. Посреди земляного пола была сложена невысокая каменная стена, такими стенами обычно обносят колодцы. И колодец здесь действительно был, но пустой, без воды, из него глубоко под землю уходила шахта.

Присутствовавших было тринадцать. Именно тринадцать человек могли образовать магический круг. Все, как один, отличались высоким ростом. Женщин среди них не было, да и вряд ли в XVII веке в Дании можно было найти таких высоких женщин. Лица скрывались под опущенными капюшонами.

Двенадцать человек полукругом обступили колодец. Тринадцатый стоял лицом к ним по другую сторону колодца. Вот он воздел руки.

Если б лица этих людей не были скрыты, то было бы видно, что на них застыло жестокое, злое, холодное выражение. Эти лица могли бы внушить ужас.