– Случайно заметил, как директор Ленку тащит в фургон. Ну а когда он вышел, я сам заглянул туда. Сначала хотел поговорить, припомнить, что она сделала. А потом как будто затмение на меня нашло: вытащил из ящика стропу, зашел со спины и перетянул этой суке горло.

– Гурова вас узнала? – спросила Ульяна.

– Даже не обернулась. Будем говорить, не успела.

– Зачем тесьму подложил? – снова вступил Богданов.

– А вот этого я и сам не знаю. До сих пор понять не могу. – Пустым взглядом Герман уставился в стену. – Увидел в углу Сонькин фартук, поднял его, оторвал тесьму и положил в руку Ленке, чтобы знала.

– Сидеть тебе за это немалый срок, – невесело констатировал следователь.

– А мне в тюрьме, может, лучше! – с отчаянной веселостью ответил Герман. – Там люди понятные. Не то что у вас на свободе. Я здесь всякого наслушался да понагляделся! При глухих такое говорят, что при обычном человеке не скажут.

– Ну что же. – Богданов достал из кармана ручку и вытащил из ящика стола бланк протокола допроса. – Будем писать. – Он посмотрел на Ульяну: – Будете присутствовать?

Она поднялась на ноги, мотнула головой и направилась к двери.

– Пишите, а я пойду.

Эпилог

– Ну вот, Улька, хозяйничай. – Кирилл положил руку на столешницу. – Отныне здесь все твое. Приказ о назначении директором пансионата издан сегодня, я его подписал.

Ульяна обогнула стол и уселась в директорское кресло.

– Когда передаем документацию?

– Только не сегодня!

– Почему?

– Мы с Надюшей едем в Москву.

– Опять личное поперек работы! – возмутилась Ульяна. Однако по ее лицу было видно, что она во всем поддерживает младшего брата.

– Можно? – В кабинет заглянул Богданов.

– Входите, – разрешила Ульяна.

– Обживаете новое место? – Он прошелся вдоль опустевшего стеллажа и удивленно посмотрел на Кирилла: – А где же ваши птички?

Тот улыбнулся:

– Благополучно переехали в директорский кабинет «Технопласта».

– С какого дня приступаете к работе?

– А я уже приступил. – Услышав телефонный звонок, Кирилл достал из кармана трубку и приложил к уху. – Да, Надюша, бегу, бегу…

Махнув рукой, он побежал к двери.

– Ну, что же, – заговорила Ульяна, обращаясь к Богданову. – Теперь я сугубо штатский человек и больше не буду вами командовать.

– Все-таки написали рапорт?

– Уволилась. Все к тому шло.

Богданов обаятельно улыбнулся и выдал избитую фразу:

– Все, что ни делается, – к лучшему. Повод заняться интересной работой.

Она согласилась:

– Будем считать так.

– По дороге сюда я обогнал несколько автобусов с пассажирами, которые ехали сюда.

– Сегодня у нас заселение отдыхающих, – улыбнулась Ульяна.

– А как же юбилей? Как без торжества?

– Как-нибудь обойдемся, – сухо обронила она. – Есть вещи поважнее.