Из-за неплотно прикрытой двери донеслись голоса. Лина подкралась поближе и прислушалась.

— Ведро? Зачем? — голос магистра.

— Ну, как же, утро, она захочет в уборную, а выводить из комнаты её вы не разрешили, — кухарка поискала пленницу, не нашла и улыбнулась. — Простили уже? Я так рада! Доброго вам дня, Ваша светлость, я тогда побегу на кухню, раз тут больше не нужна. — голос Мераты."

"Отлично! Значит, кухарка сейчас выйдет в коридор, там-то она её и перехватит!

Еще раз придирчиво осмотрела себя, подхватила узелок с запасным платьем и бельём и выскользнула наружу.

Лина решила, что лучше всего прятаться у жениха в доме, тем более что там он её, точно, искать не станет, а добрая кухарка, принимающая её за немую служанку, предложила своё покровительство. Формально, она ничего не нарушает, ведь, дом владельца она не покинула. Конечно, всю жизнь провести в кухонных работницах она не собирается, но неделю-другую, пока не станет более ясно, что ей делать дальше — почему бы и нет?

Мерита охнула, когда Лина догнала её и потянула за рукав.

— Ой! А, это ты! Знаю, что хозяин тебя простил.

Ну, что — идешь со мной?

Лина горячо закивала.

— И прекрасно, мне давно помощница требуется. У нас хоть и черная кухня — для слуг — но работы хватает, и готовим мы не хуже, чем на господской кухне! Да, бланманже с трюфелями у нас не бывает, но еда свежая, из хороших продуктов и очень вкусная! Обижать тебя никому не дам!

Аэлина еле поспевала за кухаркой, взахлеб рассказывающей, как и что на кухне у них принято. Навстречу то и дело попадались слуги и служанки, озабоченно спешившие по делам, и никому из них не было дело до Лины. Никто не спрашивал — кто она, не рассматривал её, не задавал вопросы Мерате.

В своем платье, позаимствованном из шкафа, Лина ничем от служанок не отличалась, разве что туфельки её были из дорогой кожи, но под подолом их было не видать. Девушка сделала себе зарубку — постараться раздобыть более подходящую для прислуги обувь.

Через несколько переходов они спустились на этаж ниже и еще через пару коридоров очутились на большой кухне, где вовсю кипела работа.

Что-то шкворчало и брызгалось маслом, что-то булькало, под потолком витал пар и вкусные запахи.

— Мерата, ты, где бродишь? — накинулась на вошедших пожилая женщина. — Вода вот-вот закипит, а крупа и вполовину не перебрана!

— Не шуми, Тания, я — кухарка, не подсобница, мое дело — готовить, а перебирать да чистить работа подсобниц. Вон, еще одну помощницу привела, она и переберет, а я пойду, хлеб проверю.

— Как хорошо! Иди сюда, милая, бери меру. Вон туда встань, там кусок стола свободный. Тебя как звать?

Лина беспомощно оглянулась на Мерату, но та уже скрылась за клубами пара.