Только в последний момент что-то дрогнуло во мне, и я вместо силуэта, аккуратно прицелившись, выстрелил в предплечье правой руки, держащей нож. В замкнутом пространстве «Гамбринуса» выстрел прозвучал подобно артиллерийскому корабельному орудию. Нож со звоном полетел на пол, рука «гладиатора» в тельняшке обагрилась кровью. Тот остановился и ошалело поглядел на руку. В этот момент на него налетели, уронили на пол и скрутили трое оперов, стоящих ранее у меня за спиной."

"– Ай, суки, руку больно! – только и орал пьяный дебошир в тельнике.

Видимо, пуля из «стечкина» немного отрезвила его.

– Ну что, и этот ствол отберете? – обратился я к стоящему рядом Казаряну.

– Не, ты при исполнении. Все правильно сделал. Наверняка матрос с сухогруза на рейде. Напился, придурок. Герой банный… – и Давид выдал триаду знаменитого одесского мата. – Сейчас оформим все как положено. Вот урод. Такой вечер испортил!

Испортил вечер этот пьяный матрос или спас меня от похмелья, уже не имело значения. Процедура действительно заняла не более двух часов. Мы доставили хулигана в отдел, где вызвали врача. Врач перевязал рану, сказав что-то типа «нефиг клешнями махать, пусть в камере ночует», и укатил назад на дежурство в больницу. После осмотра пострадавшего (и одновременно подозреваемого) медиком я написал рапорт и был отпущен на все четыре стороны. Чем я и воспользовался, забрав свою машину, стоявшую около управления.

Утром никуда спешить было не нужно, кроме одного важного дела. Разбудил Женька` и сказал, что нужно нам уезжать из гостеприимной гостиницы Сени Круглого. Выслушав мои аргументы, Женя кивнул и сказал, что сегодня же найдет подходящий вариант. А я взял свой старенький «АКМ», положил в чехол и поехал на улицу Вокзальную в салон «Русское оружие».

Искать нужную улицу долго не пришлось. Именно здесь мы принимали бойцов Бени Колымского, покушавшихся на Сеню Круглого. Только нужный дом располагался чуть дальше вдоль по улице. Небольшое двухэтажное здание, видимо, еще старой постройки. Правильнее будет сказать, десятилетней. Потому что вся история Новой Одессы насчитывает два десятка лет. Прямо на здании красовалась большая надпись «Русское оружие». Около входа курил под дождем парень с черным зонтом и в резиновых сапогах. Я прошел мимо и толкнул дверь. Сразу окунулся в полумрак и тишину. Пахло оружейным маслом и тем самым таинственным запахом дерева и металла, который присутствует на оружейных складах. Это не гламурный магазин в Порто-Франко и не склад, как на Базе.

– Чем могу быть полезным? – обратился ко мне лысый толстячок лет около сорока пяти, одетый в военный камуфляж старого образца, в расцветке цифрофлора. Сейчас такую расцветку почти не используют военные в Новой Одессе, я только А-такс видел.