Тут я удивилась еще больше, так как картинок там было очень много. Как Сата могла этого не заметить? Или… Я сама открыла книгу и тут же напоролась на изображение какого-то лохматого существа с короткими лапками. Получается, она каким-то образом скрывала свое содержимое от чужих глаз.

Я тихонько выдохнула и отложила книгу в сторону. О том, что кто-то посторонний узнает, кем я теперь являюсь, можно было не беспокоиться.

Кухарка тем временем попробовала свое варево и удовлетворенно причмокнула.

– Хорош. И пирожки поспели. – Она заглянула в печь. – Бери кочергу, помоги достать.

Я встала из-за стола и помогла старушке вынуть противень. Потом она послала меня за хозяйкой. Никена принесла мне одно из своих старых платьев и чистую рубаху. Платье было коричневого цвета, из плотной ткани, с длинной юбкой и странным верхом на шнуровке. Женщины объяснили мне, что это называется корсет, и помогли переодеться. Потом хозяйка причесала мне волосы, заплела их в косу и свернула ее особым образом, чтобы та не болталась.

В таком виде Никена выпустила меня в зал. Мы вместе наполняли миски похлебкой и разносили посетителям пирожки. Некоторые из мужчин действительно стали проявлять ко мне интерес. Кто-то просто любопытно рассматривал, кто-то заговаривал, а один даже попытался ущипнуть, но я вовремя отдернула руку. Чуть позже я, наконец, смогла поесть и сама. А когда хозяйка доверила мне разливать мед из кувшина, от щипков и шлепков пришлось уворачиваться гораздо чаще.

К ночи постояльцы начали расходиться по комнатам, а самые ярые поклонники хмельного, засыпали прямо за столами или под ними. За первый и совсем недолгий рабочий вечер я успела вымотаться так, что и сама готова была заснуть на полу. А, может быть, к этому времени меня просто нагнала усталость за весь сегодняшний нелегкий день. К счастью Никена выделила мне хороший плотный топчан и подселила в маленькую комнатку к Сате. Старушка была вовсе не против соседства со мной. Как оказалось, я была далеко не первой, кто с ней жил, и она давно привыкла.

Мебели в комнате почти не было, да и куда бы она там уместилась. Возле топчана кухарки стоял деревянный короб для вещей, а по центру находилась табуретка, заменявшая стол, где размещалась свеча и принадлежности для вязания."

"Свою старую одежду я сложила в одном углу. Ее мне предстояло выстирать и привести в порядок, а для этого нужно было встать с рассветом, так как позже постояльцы уже спускались к завтраку, и к этому времени мне надлежало быть собранной и готовой подавать. Новое чистое платье я сложила в другом углу, прикрыв им свою книгу, а в длинной нижней рубахе легла спать. Так же мне выдали простынь, набитую сеном подушку и шерстяное одеяло, и я с радостью и без лишних мыслей погрузилась в сон.