Затихло все, но вроде бы не совсем в тон пятно за кустами… ждать? А если снайпер? Он вот так меня сам выцелит и… И в то же время хочется себя раньше времени не обнаруживать, дать им дальше продвинуться, войти в зону уверенного поражения, а дальше я им устрою.

Бинокль бы взять, но самому лучше не двигаться. Ничто не привлекает больше внимания в лесу, чем движение и прямые линии, а неподвижные предметы глаз часто на автомате пропускает. Если бы ветка не затряслась, то я бы и не заподозрил ничего. Он ее чем-то зацепил, похоже.

Триста, примерно триста, тьфу и растереть… на цель, дыхание, свободный ход… одним бы выстрелом, чтобы не обнаруживать себя… я на триста и из автомата попадаю, без всякой оптики, а тут СВД…

Бах!

Толчок, прыжок прицела, возврат на цель. Светлое пятно, пуля что-то расщепила, никакого движения, но вроде бы немного очертания пятна изменились. Вроде бы. Зато движение правей, суетливое, там кто-то еще был… нет, не буду стрелять, не вижу цели, а она наверняка сместилась, может даже с перепугу.

Скосил глаза на Мартына, тот лежит, как лежал, наблюдает. Все нормально у нас, все спокойно, может, я даже еще какого-то бандита заминусовал, и это хорошо, это просто замечательно, нечего им тут шляться.

Где-то на том берегу заработал пулемет, но куда долбит — не пойму. Подозреваю, что просто наш берег обстреливают, но толку с этого не будет, мы от воды далеко. Опять захлопали воги, уже двое стреляют, кажется. Растеряны они, вот что, не знают, что дальше делать, на мост наступать страшно. Но что-то сейчас придумают, ничуть в этом не сомневаюсь.

Пулемет подолбил и смолк, жидковатые хлопки разрывов тоже стихли. Тихо. Движения в зеленке тоже нет. В таком режиме тишины минут десять прошло, а может и больше. А затем на пределе зоны видимости появились машины, две. Два БТР-152, и я уже знал, что последует дальше. В нашу сторону заработали сразу четыре пулемета. Сначала непонятно куда, вокруг моста, что ли, потом огонь перенесся на заросли вдоль дороги, то есть где мы лежим. Пока неблизко, но обрабатывают методично.

На каждом из бронетранспортеров того пулеметчика, что стреляет с командирского места, просто уронив пулемет сложенными сошками на край брони, видно хуже, а вот те стрелки, что на штатных местах, торчат куда выше. Сперва пригибались, а теперь выпрямились, пытаются попадания пуль своих видеть.

— Мартын, ты левого, я правого, тех что за СГМБ!

Те же триста, может быть чуть больше. У них что, «шестидесяток» нет? Были же в колонне, я сам видел, подбиты всего две… где остальные?

Дыхание, свободный ход, выстрел. Не попал, я даже разглядел, как пуля влетела в пулеметную коробку. Еще раз — есть, попал точно, он дернулся и завалился. А второй нырнул за броню.