Дернул вторую гранату, кинул из всех сил за угол, даже не глядя, присел, стараясь оказаться как можно ниже. Дождался взрыва, выглянул, успел разглядеть кого-то за разваленной поленницей, быстро обстрелял его, заставив залечь, а потом пальнул в еще одного, выглянувшего из-за дальнего угла забора. Тот дернулся назад, но неловко, и я пустил пару короткий очередей прямо сквозь забор, рассчитывая попасть, и попал, потому что тело вывалилось обратно.

Шаги за спиной, но это наши, я слышал, откуда, только сказать успел:

— Он за дровами! — и тут же туда полетела граната.

Спрятались, после взрыва высунулись, увидели окровавленного человека, пытающегося медленно уползти на четвереньках, открыли по нему огонь в два ствола, убив на месте.

Откуда-то слева прилетела очередь, треснула по гнилым бревнам, разбрасывая труху и щепки, я почти наугад выстрелил в ответ, а Мартын, это был он, открыл туда огонь одиночными, явно кого-то заметив.

— Назад, отходим!"

"Тут лабиринт настоящий, вся война будет исключительно на удачу, кому больше повезет, и за спину к нам пройти труда не составит. И из защиты все больше заборы, которые любая пуля шьет легко и запросто, а нас тут всего четверо.

Кинулись назад, Димыч полил все у нас за спиной из пулемета, пробивая заборы и что попало, дал нам отбежать дальше, упасть на колено, прикрывая уже его самого, перебежал сам, Николай уже контролировал боковой проход на задах дворов. Где-то за домом, откуда мы ушли, рванула граната, причем «эфка», судя по звуку, то есть наш маневр никто не разглядел, Мартын заставил их спрятаться.

— Прикрывай!

Опять мы в перебежке, до очередного забора и оттуда направо, до угла. За него — никого.

— Пошли!

Николай с Димычем рванули, пробежали вперед, снова сменили направление в сторону зеленки. Мартын снова несколько раз выстрелил одиночными, ухмыльнулся довольно, сказал:

— Минус, — и тут же выстрелил снова, трижды.

Я тоже перекинул переводчик на одиночные, патронов не так уж и много с собой, весь запасной боекомплект сгорел в бронетранспортере, так что воюем тем, что есть, экономим. Это сблизи очередями палить пришлось, деваться некуда, а раз оторвались, то вот так, тщательно целясь.

— Пошли!

Наша очередь. Подхватились, бросились дальше, опять свернули за дом, насквозь через двор, теперь уже я присел за поленницу, а Мартын занял позицию за углом покосившейся избы. Стрельбы нет, немножко оторвались…

— Пошли!

Николай с Димычем, запыхавшиеся и возбужденные, пробежали мимо, уже до зеленки, рухнули там в кусты, взяв на прицел сектора за нами.

— Пошли!

Теперь мы. Винтовка за спиной болтается неудобно, но и хрен с ней, главное — бежать, бежать и топать как можно тише. Мартын в десятке метров за мной, слышу его шаги и дыхание.