– С чего это мы будем на слово верить постороннему мужику, что на «скорой» работает?

Зинаида Павловна, которая сегодня зла была на свою участковую врачиху, не могла с Надеждой не согласиться.

– Но тогда к чему ты ведешь, Надя, что-то я не пойму.

– Мы все отравились! – торжественно объявила Надежда. – Надышались какой-то химии. И я знаю, откуда все пошло – от цветка, что вы взяли в квартире у Ани.

– Да что ты говоришь? – Зинаида привстала с кровати, но тут же без сил откинулась на подушки.

– Я только сегодня читала у Брониславы описание действия на человека такого яда, ну не совсем такого, но симптомы были похожи – головокружение, слабость, глаза режет… Вы помните Брониславу Моисеевну?

– Помню, – ответила Зинаида, – она же раньше билеты распространяла, что, теперь на яды перешла?"

"– Да не на яды, – поморщилась Надежда, – это средство такое, от насекомых.

Насекомых оно истребляет, а растениям ничего не делается. А если человек им надышится, то очень плохо может быть. И коту тоже, я потому и не взяла средство на дачу.

– Ты что думаешь, что в том цветке, который я у Ани взяла, что-то такое было? – всполошилась Зинаида.

Надежда даже восхитилась: ай да Зинаида! Болеет тяжело, а голова-то соображает.

– Ты хочешь сказать, что и Анна из-за него… Господи помилуй! – вскричала Зинаида Павловна и закашлялась.

– Я ничего не утверждаю, – сказала Надежда с расстановкой, – но сами посудите: как только вы с этим цветком столкнулись, так все неприятности и начались. Может, он сам по себе ядовитый, может, обработан чем-то. Откуда он у той девушки взялся?

– Понятия не имею.

Взяла его сдуру, теперь уже жалею, – покаянно ответила Зинаида. – Говорят ведь: нельзя от покойника ничего брать, примета плохая, так оно и вышло. И ты жалуешься, и Иван Феоктистович.

– Как думаете, милиции тоже поплохело? – поинтересовалась Надежда.

– Ну, этих-то никакой яд не возьмет, разве что цианистый калий, – махнула рукой Зинаида. – Впрочем, я плохого им не желаю, да они в тот день по всем комнатам ходили, а мы с соседом как раз у самого цветка сидели. Что делать будем, Надя?

Надежда яростно рылась в сумке на предмет отыскания записной книжки и издала ликующий возглас, когда нашла.

Теперь еще надо было найти там телефон ее одноклассницы Виктории Львовны Залевской. После школы Виктория поступила на химический факультет университета и два года назад на встрече одноклассников сообщила друзьям, что стала заведующим кафедрой токсикологии химико-фармацевтического института, что находится на Петроградской стороне, на набережной реки Карповки.