Такие просто так на сторону не бегают. Эта мысль тоже насторожила, но не сильно. Слишком уж Максим был уверен в себе и своей неотразимости. Он же не все. Он же особенный.

Помывка затянулась."

"Сначала один раз, а потом и еще раз. Во всяком случае, когда Максим и Марта вышли из ванной комнаты, обед уже был полностью приготовлен. О чем говорили довольные крики солдат где-то внизу.

Служанка, скрывая легкое смущение на лице, быстро испарилась в неизвестном направлении. Ведь на диване, напротив двери, сидел Лев Евгеньевич, читая свежую немецкую газету. Он удивленным взглядом проводил служанку и вопросительно уставился на командира.

– Она просто помогла мне одеться.

– Так долго?

– Китель был порван. Сразу не углядела, вот и подшивала.

– Китель?

– И галифе. Вы же помните, как я сверзился с веревочной лестницы. Вот сразу и не разглядела.

– Как вам угодно, – обтекаемо ответил Хоботов, впрочем, принявший ответ командира благосклонно. Ему понравилось, что тот не стал порочить служанку или, что еще хуже, похваляться своими успехами.

Чисто выбритый, опрятно одетый Максим производил на управляющего неизгладимо лучшее впечатление, чем былой болотный монстр.

Настолько, что тот стал и умеренно приветлив, и более словоохотлив.

Пообедали.

Однако выступать не спешили.

Где располагался штаб 8-й армии Кайзеровской Германии, Максим прекрасно знал. Благо что в бумагах Германа фон Франсуа хватало полезных отметок. И даже подробная карта того небольшого городка имелась.

Казалось бы – халява. Но поручик рефлексировал.

Командующим 8-й армии был генерал Гинденбург, а начальником его штаба – Людендорф. Эти два персонажа в голове у Максима ассоциировались с лучшими командирами Германии времен Первой мировой войны.

И он ждал от них адекватной реакции на новость о разгроме штаба 1-го армейского корпуса.

В сам городок, конечно, они солдат не набьют. Маленький очень. Там и штаб-то едва в состоянии разместиться. А вот поставить заслоны на основных дорогах должны. Так что днем там делать нечего. Слишком хорошая видимость. Да и не ожидают немцы ночной атаки.

Поэтому, коротая время, он занялся работой с людьми.

Минуло четверо суток с того момента, как он попал в эту эпоху. Долгие и тяжелые четверо суток.

Вокруг Максима сформировался отряд, совершивший под его руководством массу значимых дел. Но вот беда – заниматься организацией людей и их подготовкой у него получалось только стихийно. От случая к случаю. Да и там – самую малость.

Про боевую, физическую и тактическую подготовку и речи не шло. Так, перед делом что-то объяснит и ладно. Или по ситуации прокомментирует. В остальном же – не до того было. Совсем не до того. Да и не успел бы, даже если бы и захотел…

Пять часов пролетели незаметно.