Любой труд должен быть оплачен, – кивнул поручик и дал парню монетку в пятнадцать копеек."

"Этот жест резко облегчил ситуацию. Парень посмотрел на монетку, несколько секунд подумал, а потом расправил плечи и очень серьезно произнес:

– Я спрошу.

После чего вскочил и резво нырнул в лавку. Минуты не прошло, как на ее пороге появился мужчина лет тридцати.

– Ваше благородие, – произнес он, кивая. – Могу я чем-нибудь помочь господину поручику?

– Мне нужен добрый совет, дружище, – улыбаясь, произнес Максим. – Видишь ли. Мои автомобили плохо едут. Перегружены. Мне бы хотелось найти место, где их можно разгрузить.

К взаимной выгоде. Да еще и оставить одну. Вон ту, – указал он на «Даймлер» Яна.

– Ой-ой-ой… как нехорошо получилось. И чем же таким тяжелым их привалило?

– Разным. Есть печатные машинки с немецкими литерами. Есть писчая бумага. Много чего есть… немецкого. Эти уважаемые люди щедро поделились с нами ценными вещами.

– Вот как? А говорят, что они очень прижимистые.

– Врут. Все врут. В наши дни никому верить нельзя. Мне можно.

– Таки и врут?

– Это останется между нами?

– Конечно!

– Видите вон тот замечательный «Дюпон»?

– Прекрасный автомобиль!

– Еще пару дней назад он возил очень уважаемого германского генерала.

Но сегодня на нем езжу я. Подарил. От чистого сердца подарил.

– Подарил?

– Конечно. Когда в плен сдавался, тогда и подарил. Но тсс-с-с… пусть это останется между нами.

– Как можно? Само собой! Вы позволите? – спросил владелец портняжной лавки, проходя к автомобилю. – И что, вы не стреляли?

– Ну что вы? Я воззвал к совести господина генерала, и вы знаете – она откликнулась.

– Совесть? У генерала?

– Так я позвал ее со всем уважением… наведя три пулемета.

Еврей улыбнулся. Подумал с минуту. И заявил:

– Ваше благородие даст мне пятнадцать минут?

– Да.

– Пройдете в дом?

– Нет, спасибо, не хочу смущать семью…

Разговор продолжился ровно через пятнадцать минут. Владелец лавки за этот небольшой срок таки притащил местного раввина. И понеслось… точнее, понеслись торги. Потом уже раввин пригласил уважаемых людей с деньгами и интересами. Пары часов не прошло, как дело было сделано. Трофеи удалось удачно обменять на наличность, поступившую в кассу отряда. За исключением суммы, вырученной от продажи грузовика Яна.

Ее тот забрал себе в полном объеме и перевел жене. Благо что банковское отделение в этом небольшом городке было в наличии.

Потом отряд заглянул в местную комендатуру, оставив в подарок генералу Артамонову два грузовика, «Форд Т» и два легковых автомобиля. Для отряда в двадцать семь человек эта кавалькада была избыточной. А уходить просто так, без прощального подарка, казалось невежливым.

Заглянули на телеграф. Отправили провокационную телеграмму генералу Ренненкампфу.