А для симуляции огня на подавление им банально не хватало скорострельности. Кроме того, боекомплект этих бойцов стремительно сокращался, выгорая словно туман в лучах солнца. Так что, когда немцы подошли бы на дистанцию действенного огня, русской пехоте нечем было стрелять – ее подсумки бы опустели.

Впрочем, упрекнуть командиров русской пехоты Максим не мог. Они действовали вполне по уставу. Дурному и отставшему от реалий войны на десятилетия, но уставу.

Тяжело вздохнув, поручик махнул рукой, подзывая к себе кого-нибудь из своих. А когда солдат с «Форда» подбежал, приказал позвать Хоботова.

– Максим Федорович, – доложился тот, прибежав. Прибежав! Он с подросткового возраста не бегал!

– Лев Евгеньевич, вы поняли, что мы делали с теми гаубицами?

– Так точно, – кивнул он. – Мы выставили из-за холма пулеметы и расстреляли их."

"– Верно. Берите Синичкина и его «Форд» под командование. По моему сигналу выезжайте вперед и открывайте огонь по немецкой пехоте.

– Длинными очередями?

– Короткими. Держите сменную воду под боком. Черт его знает, как дело пойдет. Может, и затяжная перестрелка завяжется. Поняли?

– Так точно! – удивительно четко произнес Хоботов, рассматривая немцев в бинокль. А потом кратко пересказал суть задачи.

– Вопросы есть?

– Нет, Максим Федорович.

– Тогда ступайте к «Форду» и готовьтесь.

– Есть!

А тем временем немцы уже начали продвигаться вперед. Русские же продолжали стрелять залпами куда-то вдаль. «В ту степь».

Еще раз ухнула трехдюймовка и затихла. Видимо, кончились боеприпасы. Вообще удивительно, что хоть что-то уцелело. Вон как позиции батареи разворотило гаубицами.

Незавидная ситуация для обороняющихся.

Максим попытался найти хотя бы один пулемет. Но не сумел. Может, он тут и был, да только воронок слишком много…

Убрав бинокль в чехол, он вернулся к автоколонне, забрался на грузовик и начал отдавать распоряжения. Так как Хоботов отбыл к «Форду», второй пулеметный расчет был неполный. Искать замену Максим не стал. Некогда. Просто решил работать из стволов посменно. Пока один обихаживает второй номер, стрелять из другого.

Йозеф тронул грузовик и легонько выкатился, выставляя пулеметы над кромкой холма. Практически на уровне травы. Максим подождал, пока Хоботов выведет свой «Форд» на позицию и даст отмашку о готовности. Повернулся к немцам. И открыл огонь.

Два станковых пулемета неожиданно ударили с правого фланга в тыл. И это обескуражило немцев. Они замерли в растерянности. Но ненадолго. Это ведь была прекрасно обученная кадровая прусская пехота. Так что прошло совсем немного времени, как ближайший к Максиму батальон развернулся в его сторону[7]. Уже изрядно потрепанный пулеметным огнем, но все еще сохранявший боеспособность.