Она сидела на корточках перед забором и разговаривала с ротвейлером, сидевшего прямо перед ней. Я не был уверен, от чего труднее отвести взгляд: от того, как ее джинсы подчеркивали ее круглый зад, или от мягкого выражения на ее лице, когда она разговаривала с собакой.

— Такие девушки, как она, ни от кого не терпят дерьма и заслуживают самого лучшего, — прорычал Гроул, проследив за моим взглядом.

— Ты не должен говорить мне, что она заслуживает лучшего. Все в Фамилье так считают.

— Моя жена заслуживала лучшего, когда мы только познакомились, но я работал, пока не стал достоин ее.

— Это и есть мой план, — сказал я. — Я помогу ей и Фамилье.

Гроул смотрел на меня со стоическим спокойствием.

— Ты должен отчитаться перед Лукой, прежде чем приезжать сюда. Если ты хочешь, чтобы тебя приняли, ты обязан следовать правилам.

— Забавно, что ты так говоришь, учитывая, что некоторые люди в Фамильи, похоже, тоже не следуют правилам, раз информация об Эрле стала известна.

Выражение лица Гроула не изменилось. Если он и был удивлен новостями, то хорошо это скрыл. А может, ему просто наплевать. Он выглядел человеком, которого заботят только его собаки и жена, о которой он постоянно упоминал.

— Я вернусь к Марселле. Если хочешь, доложи Луке.

Он не остановил меня, но его взгляд следовал за мной, пока я шел к Марселле. От пристального взгляда Гроула мне захотелось почесать кожу. Марселла ненадолго подняла голову и, увидев ее на коленях передо мной, это вызвало поток образов, в которых я сейчас точно не нуждался.

Я опустился на колени рядом с ней.

— Это Сатана?

У собаки имелись знакомые шрамы, и она смотрела на меня напряженными карими глазами.

— У нее новое имя, — размышляла Марселла. — Ненавистно называть ее Сатаной.

— Собаки привыкают к своим именам.

Марселла пожала плечами.

— Ей нравится ее новое имя. Я выбрала для нее имя Сантана, потому что оно похоже на ее старое, но все знают, что она девочка.

Я усмехнулся. Конечно. Я сомневался, что собаке не все равно, как ее зовут — мальчик или девочка. Тем не менее, меня поразила забота Марселлы над животным.

Она встретила мой взгляд.

— Почему ты так смотришь на меня?

Я мог сказать, что она постепенно теплела ко мне, но все еще злилась и, возможно, была в замешательстве из-за своего брата.

— Потому что я скучал по тебе, по твоему прекрасному лицу и даже по твоему злобному взгляду, но больше всего по твоим губам на моих.

Я дразняще усмехнулся, но она вскинула бровь и отмахнулась от меня, не моргнув глазом.

Черт. Эта девушка может быть ледяной королевой.

— Я думаю о том, чтобы приютить ее. Но отец никогда не позволит мне взять домой собаку. Об этом не может быть и речи.

Я посмотрел между Марселлой и ротвейлером.