От него пахло застарелым потом, а от пыли, скопившейся внутри, у меня безумно чесался нос. Может, я разобью эту штуку во время приступа чихания и так умру.

Я покачал головой с сардонической усмешкой. Черт, Марселла, что ты со мной сделала?

А потом я нажал на газ, и мотоцикл рванул вперед. Он заглох и затрясся, словно пытаясь сбросить меня, но когда я протаранил двери сарая, распахнув их и чуть не потеряв равновесие, я не мог не усмехнуться. Это напомнило мне мои дикие подростковые дни. Действительно, безумие.

Моя улыбка померкла в тот момент, когда пули снова полетели в мою сторону.

"

"Я низко склонился над рулем и еще больше разогнался, бросившись прямо на Кочевника, прятавшегося за тачкой, который направлял свой пистолет прямо на меня. Увидев, что я несусь на него, он принял роковое решение повернуться и бежать, вместо того чтобы стрелять. Как и ожидалось, он был слишком медленным и, следовательно, самой легкой мишенью. Коляска столкнулась с его голенями. От удара я чуть не перевернулся, но мне удалось быстро восстановить контроль над мотоциклом.

Кочевник катался по земле со сломанными ногами. Несколько выстрелов попали в его голову и верхнюю часть тела, прежде чем я смог решить, сохранять ли его в живых для допроса — если я выживу в этом дерьмовом шоу.

Итальянские предатели быстро с ним расправились. Одним врагом меньше, чтобы беспокоиться. Я ничего не мог сделать с байкерами, прятавшимися в доме и стрелявшими из окон. Сейчас они не были моей самой насущной проблемой.

Я сделал разворот и помчался в ту сторону, где все еще прятались Пеппоне и Опущенноглазый. Вскоре я начал ехать зигзагообразным курсом, избегая пуль, летящих в меня. Мне не очень хотелось умирать от рук этих идиотов.

Опущенноглазый вскочил на ноги и выскочил из-за дуба. Я погнался за ним и быстро догнал его, переехав. Он вскрикнул и упал на землю, но не двигался. Может, он ударился головой. Это не так приятно, как убить его пулей, но я должен просто принять это.

Я снова повернулся, направляясь к Пеппоне, но его уже не было там, где я видел его в последний раз. Краем глаза я заметил движение.

Я попытался дернуть руль. Слишком поздно. Пеппоне бросился на меня, схватил за куртку и сорвал с байка. Я упал на землю, воздух покинул мои легкие, а ребра звенели от боли.

Наверное, опять сломаны.

В уголке моего глаза мелькнуло лезвие. Я перекатился, поднимая ноги для защиты, когда Пеппоне набросился на меня с ножом. Я не был уверен, что случилось с его пистолетом, но с ножом он тоже умел обращаться. Я нанес отчаянный удар ногой по его руке с ножом, но он отпрыгнул назад, глядя на меня, как на таракана, которого он хотел раздавить своим сапогом.

Я поднялся и встал лицом к лицу с ним, без оружия. Я потерял пистолет и нож, падая с мотоцикла.