— С чего вы это взяли?

Мужчина пожал плечами:

— Вы сели у иллюминатора, но не распахнули шторки. Самолет еще не взлетел, а вы уже слушаете радио. — Он бросил мимолетный взгляд вниз. — К тому же вы мертвой хваткой вцепились в подлокотник.

Хилари распахнула глаза: «Да уж, есть над чем подумать. Красавец к тому же наблюдателен».

Впрочем, мужчина сам подсказал ей выход. Уж лучше признаться в страхе перед полетом, чем посвящать незнакомца в подробности того, как она умудрилась испортить себе жизнь.

— Точно! Вы меня раскусили. — Хилари кивнула. В этот момент одно из кресел впереди опустилось, и им стало видно, как мужчина запускает руку за пояс женщины. Хилари понизила голос и добавила: — К тому же эта любовная парочка не помогает расслабиться.

Улыбка исчезла с лица мужчины. Он нахмурился:

— Я вызову стюардессу.

Он уже потянулся к кнопке, но Хилари удержала его за запястье. В ту самую секунду, как их руки соприкоснулись, между ними словно проскочила искра.

Прочистив горло, она сложила руки на груди.

— Не стоит. Кажется, стюардесса занята другими пассажирами. — Хилари понизила голос: — К тому же, как мне кажется, ей совсем не нравится, что мы разговариваем. Видели, как она на нас посмотрела?

Мужчина склонился ближе и произнес заговорщическим тоном:

— А как вы посмотрите на то, если я начну колотить по спинкам сидений этой парочки? Может, тогда они сообразят, что вовсе не невидимы, как им кажется?

Когда сосед оказался так близко от нее, Хилари вдруг перестала замечать то, что творилось впереди. Да и взгляд мужчины выдавал его явный к ней интерес.

Хилари почувствовала приятное волнение. Кажется, она совсем не возражает против своего спутника…

— Пусть живут, — произнес мужчина. — А мы займемся своими делами. Хотя, если честно, так недовольно стюардесса могла смотреть на них, а не на нас. Мне кажется, это было бы справедливо.

Но тон, каким были произнесены эти слова, заставлял усомниться в их искренности.

Хилари фыркнула:

— Вы циник?

— А вы собираетесь сообщить мне, будто верите в любовь? В ухаживания, цветы и прочие атрибуты?

Хилари оглядела его дорогой костюм, перевела взгляд на улыбающееся лицо с ямочками.

— Не сочтите за оскорбление, но лично мне не кажется, что так выглядит типичный семьянин.

Негромко рассмеявшись, мужчина положил руку на грудь.

— Почему вы обо мне такого мнения? Я задет до глубины души, — с наигранной печалью произнес он.

Хилари также рассмеялась, но ее смех замер, стоило ей почувствовать на себе его пристальный взгляд.

Мужчина указал на иллюминатор:

— Мы в воздухе. Можете открыть шторку и расслабиться.

Хилари недоуменно посмотрела на него, а затем вспомнила, как объяснил ее попутчик задернутую шторку. А уж после этого вспомнила, почему она была так напряжена.