Не я одна выбрала это место в качестве времяпровождения, здесь уже собирались шумные компании. Я выбрала самый дальний угол и, закрывшись за деревом, открыла бутыль, посмотрела на солнце и сделала первый глоток.

Как же бесит, в самом деле! Я ему всё: душу, сердце, тело! Ладно-ладно, до тела мы еще не дошли, но все равно обидно! А он... на другой женится, потому что, видите ли, на фасхаати жениться нельзя! Предрассудки!

Кругом заговоры богов, смерти и жестокость, а я пью из-за неразделенной любви. Ну нормальная вообще? Решено! Сейчас напьюсь, отведу душу и забуду Рейтана как вчерашний сон! Будто он единственный мужчина, в самом деле.

И не такой уж он совершенный: в нем достаточно недостатков. Да и вообще любви не существует. Не встречала же я её до своих девятнадцати лет? Не встречала. А это просто помутнение рассудка. Определенно!

— Привет, — тихо проговорила Элея и присела рядом. Я скосила взгляд на подругу по несчастью.

— К Илантри тоже заявилась невеста?

— Да, — глухо ответила девушка и забрала у меня протянутую ей бутыль. Пить из такой огромной тары, да еще из горла — то еще удовольствие.

Я бы сказала, изощренное. Но мы были в таком отвратительном душевном состоянии, что неудобства даже казались определенной формой мазохизма. — Женится... Сегодня вечером состоятся сразу три бракосочетания. Илантри, Рейтан и Марко. Эоланд уже давно и крепко женат, поэтому он сразу проходит в последний этап.

— Значит, четыре победителя. Марко занял место Халифа, — прокомментировала я и сделала еще глоток. Вино уже стало горьким и невкусным, мне явно было достаточно, но я с упрямством продолжала его пить.

— От очередности победителей на завтрашнем испытании зависит время, которые им отведено для испытания.

У Рейтана будет сильный отрыв от соперников, он начнет первым. Остальные постепенно будут присоединяться к нему по указанию хранителей.

— Поня-я-ятно, — протянула я и сделала еще один глоток.

Горько, как же горько!

И я вовсе не о вине. Хотя и о нем тоже.

Люди вокруг горланили песни, играли на музыкальных инструментах, развлекались и веселились. И лишь мы со Элеей чувствовали себя скверно, топя свою грусть в вине. Но и оно закончилось. К тому моменту мы были настолько захмелевшие, что уже с трудом соображали.

На небосвод уже взошла луна и загорелись звезды, люди с крыши начали уходить вниз — туда, где должно было состояться венчание сразу трех Великих.

— Ты не собираешься идти на брачо. брасочо. бракосоче. тание? — выговорила Элея и попробовала подняться на ноги, но тут же схватилась за ствол дерева, припав к нему. — Хотя нет. лучше здесь посидим.

— А ведь я спасла его, — со злостью выплюнула я и провела ладонью по своим волосам.

— Я ведь могла его бросить.