– Если он впервые за три года захотел тебе помочь, то он еще больший мудак, чем я думал.

– Да не так все!.. – она не знала куда деваться. Отвернулась в сторону. Рукой сжимала собственную глотку. Оттуда вырывались рыдания.

– Да именно, что так, Саш, – вступил Сафронов. – Ты все три года мне ныла. «Гена, он меня использует», «Гена, он меня опять обидел», «Гена, он мой наркотик, никакая трава не нужна». И бла-бла-бла.

– Я не так ныла, не привирай!

Саша топнула ножкой, не знала, чем еще себя защитить. Стояла перед ними как будто стеклянная – все нутро наружу. Парни переглянулись.

– Я бы этого урода в труху бы стер и выкурил через жопу, – поджал губы Сафронов.

Золотов коротко посмеялся и, наконец, расслабил позу. Провел пятерней по волосам. Стер усталость с лица. А Гена подошел к Саше и потормошил за плечи.

– У тебя великое сердце. Ты столько унижений вынесла и все простила, – восклицал Сафронов с апломбом, а потом цокнул. – Только не отпустила до сих пор.

– Ген, хватит меня лечить!

Девушка оттолкнула его и двинулась к матовой двери, за которой толпа из холла полностью исчезла.

– Опа, – парень отпрянул и раскрыл рот кольцом. – Тебе, значит, всех лечить можно, а тебя нельзя?

Она специально быстро шагала, чтобы оторваться. Надеялась на их пьяную заторможенность. Но парни не сильно отставали. Ей мешали каблуки, невысокие и тонкие. Ноги на таких постоянно подкашивались.

Наконец, Саша добралась до нужного зала. Там все рассаживались по местам. Рассказчики –за круглым столом на небольшом постаменте, служившим сценой, а слушатели – в частых и тесных рядах. Все первые уже были заняты. Саше пришлось пристроиться в третьем от двери с краю. Сафронов сел следом, Золотов за ним.

Она еще пыхтела и с трудом держала ручку. Все дрожало. В первую очередь сердце. Сафронов ведь ни капельки не соврал. Она, действительно, ему плакалась. На подобных семинарах они устраивали целые сеансы психологической взаимопомощи. Девушка выслушивала его россказни про бандита-отца и затюканную мать, а он – ее страдания по Паше. Гена, казалось, только за этим на все мероприятия и ходил. Саша выходила дешевле профессионального психотерапевта."

"Она посмотрела на парней. Золотов откровенно спал, запрокинув голову. Смешно приоткрыл рот. В такой позе и с растрепанными волосами совсем не выглядел красавцем. Сафронов лепил из лежачего на столике листка пустую самокрутку. Просто катал ее по шершавой поверхности ладонью и сосредоточенно о чем-то думал.

– В какую жопу ты опять влез? – тихо спросила Саша, пока семинар не начался.

– Влюбился, – оживился Сафронов и улыбнулся.

Посмотрел ей в лицо с сиянием в глазах. Девушка искренне обрадовалась.

– Так это же прекрасно! – чуть в полный голос не воскликнула.