Прокормить бы теперь такое свалившееся на меня счастье.

— Ты так и не ответила мне? — не отвлекаясь от еды, спросил я.

— Арахны были ядовиты, — мрачно ответила она, отложила приборы и сделала глоток ягодного морса.

— С каких пор? Никогда не слышал о подобном.

— А раньше этого и не было.

— Ты что-то знаешь? — я внимательно посмотрел на супругу.

— Нет. Мне, знаешь ли, нечасто приходится перемещаться в тела арахнов.

— Это плохо. Шантанат может быть ранен, как и остальные.

— Тогда тебе нет смысла их искать. Они наверняка мертвы, — та пожала плечами и как ни в чем не бывало, продолжила пить морс.

— Ты не будешь указывать мне что делать. Благодарю за то, что ты вытащила меня, но я верю, что хоть кто-то, но может выжить. И должен немедленно отправиться в путь, — я как раз закончил еду и встал из-за стола. Маринэль же все так и продолжала потягивать морс. Она даже никак не отреагировала на мои слова. Мне же лучше, она должна сразу понять, что делать я буду только то, что считаю нужным. — Мне нужно переговорить с Орхан Голдом."

"— Он в кабинете, я провожу тебя, — Маринэль отставила стакан в сторону и поднялась. Я развернулся в сторону двери, но не успел сделать и шага, как мощный удар по голове снова отправил меня в небытие.

— А я тебе сказала, что ты никуда не пойдешь, — прошипела эта язва и усмехнулся мне прямо в лицо. Я же дал себе зарок больше никогда не поворачиваться спиной к женщинам.

***

Лаурея

После всего случившегося я не могла уснуть всю ночь. Разумеется, рано или поздно подмена королевы вскроется и что тогда будет? Ведь вечно прятаться она не сможет? Я столько приложила сил, чтобы избавиться от Дарканата и точно не для того, чтобы он вновь появился в моей жизни. И почему я не подумала об этом раньше? Хотя и ответ очевиден. Я бы все равно не оставила его мать там. Просто не смогла бы. А, значит, нам все же придётся встретиться.

Едва ли солнце показалось на горизонте, как я облачилась в темные штаны, любимую черную рубашку променяла на белоснежную и стянула ее высоким кожаным поясом. Надела высокие сапоги. Посмотрела на клинки, лежащие на софе, и решила, что здесь они мне не понадобятся. Я решила не откладывать наш разговор с дочерью. Ее состояние меня беспокоило и мне следовало бы поговорить с ней. Я вышла из покоев и, не торопясь, направилась в башню, где Орхан Голд поселил моих девочек. Первым делом я заглянула к Анрелии, та еще безмятежно спала, подложив под голову сомкнутые ладошки. Волосы растрепались по подушке, а одеяло сбилось в ногах. Я улыбнулась такой картине, запоминая ее. Ведь в моей памяти ничего не осталось. Я провела по мягкой щеке, убрала непослушный локон, который щекотал маленький вздернутый носик. Накрыла Анрелию одеялом и, поцеловав невесомым поцелуем в лоб, тихонько вышла из комнаты.