Дефилирующие по подиуму манекенщики и манекенщицы старательно демонстрировали платья, блузки, джинсы, купальники… Как успели отметить подруги, кутюрье отчего-то вдруг проникся восточными, исламскими мотивами – во всех его моделях отчетливо просматривалось влияние арабской, персидской, турецкой моды. Тем не менее коллекцию Бруталлино зрители приняли весьма благосклонно.

Когда показ был завершен, было объявлено, что по итогам состоявшегося шоу будет устроен небольшой маскарад, совмещенный с дискотекой и фуршетом. По мнению Анастасии, культурно-развлекательная часть программы вечера была вполне достойным продолжением предыдущей, так сказать, деловой. К тому же всякий, пришедший на показ, имел возможность примерить на себе точные копии только что продемонстрированных работ. Разумеется, она сама немедленно поспешила пройти в гардеробную, где нарядилась в платье, стилизованное под наряд принцессы Жасмин из мультика про Аладдина.

– А Лилия в этом маскараде участвовала? – поинтересовался Гуров.

– Что вы! – безнадежно махнула рукой Велемирцева. – При ее закомплексованности такое просто немыслимо… Кстати, я ей предложила попробовать примерить на себя хоть один из нарядов, но она и слышать об этом не пожелала, даже зайти в гардеробную не захотела.

– А когда вы вернулись в зал, Лилия находилась там?

– Да, конечно! Как стояла, подпирая стенку, так на том же месте и осталась! – закивала Настя.

– И тем не менее в какой-то момент вы потеряли ее из поля зрения… Она куда-то ушла. Вы это видели, или вдруг внезапно исчезла, словно растворилась? И что в тот момент вы об этом подумали?"

"Проведя ладонью по лицу, на котором вдруг появилась тень беспокойства и озабоченности, Велемирцева сообщила, что до своего окончательного исчезновения Лилия один раз отлучалась, судя по всему, в дамскую комнату. Настю в этот момент приглашал танцевать парень, одетый в стиле средневековой турецкой моды. Лилия вернулась из «дамской комнаты» достаточно быстро, заняв то же место у стены, где стояла и ранее. Когда стихла музыка и кавалер проводил Настю к «скамейке запасных», она немедленно подошла к подруге. Посетовав на то, что ее одолевает смертельная скука, Лилия поинтересовалась, когда же они, наконец-то, поедут домой.

Анастасии домой, напротив, ехать не хотелось совсем. Ее увлекала круговерть этой среды, здесь она чувствовала себя как рыба в воде и испытывала упоение происходящим. Но тем не менее решила, что, если ее на следующий танец никто не пригласит, они уедут не мешкая. Если же пригласят, то уедут после того, как закончится танец. Когда зазвучала музыка, к Насте тут же подошел уже другой кавалер, в наряде а-ля Саладдин.