– Видите ли, нам очень важна каждая мелочь, каждая деталь… – пояснил он. – Тем более что в нашем деле пустяков и мелочей не бывает.

Недовольно поморщившись, девушка неохотно заговорила:

– Ну-у… Мы с Лилей сходить на этот показ собирались уже давно. Так-то, если откровенно, то пойти на Бруталлино ее уговорила я. Знаете, Лиля в свои двадцать два была как первоклашка какая-нибудь. Дикарка дикаркой. Вся в комплексах, вся в сомнениях, вся в каком-то своем придуманном мирке. Просто удивительно, как в центре Москвы могла вырасти такая дремучая деревня?! Как она собиралась работать по своей специальности – а экономическая политика штука жесткая, где надо быть чем-то вроде живой торпеды, – я не представляю. С парнями она почему-то не желала встречаться вообще – уже троих с нашего курса отфутболила…

– Может быть, она видела в них не интерес к себе как к личности, а интерес к кошельку ее состоятельного папы?

– О чем вы?!! – окинула Гурова удивленным взглядом Настя. – Состояния папочек и мамочек моих однокашников выражаются шестизначными, а то и девятизначными числами. К нам приезжают читать лекции профессора из лучших университетов Англии и США, например Итона. Что вы, Лев Иванович! Отец Лили, в сравнении с большинством прочих, где-то в конце списка. Кстати! Может быть, поэтому она и комплексовала?.. – Велемирцева с задумчиво-озадаченным видом вперила взгляд в потолок.

– Давайте вернемся к вчерашнему вечеру… – предложил Лев, хотя и вполне мягко, но достаточно настойчиво. – Итак, вы отправились на вечер показа мод кутюрье Бруталлино. Во сколько вы отправились, на чем, куда конкретно? Где именно проходило это, скажем так, шоу?

Анастасия рассказала, что экспозиция новых моделей именитого итальянца проходила в престижном столичном ночном клубе «Голд смолл фиш», что по-русски означает «Золотая рыбка». Начало было намечено на девять вечера, поэтому подруги отправились туда в начале девятого. Настя заехала за Лилией на своем стильном «Роллс-Ройсе», и уже ближе к девяти девушки входили в расцвеченные разноцветными яркими огнями стеклянные двери «кильки» (как меж собой мажоры именовали «Золотую рыбку»). Далее все было в обычном русле подобных мероприятий.

Вначале перед собравшимися выступил сам Бруталлино, который на ломаном русском долго и пространно говорил о том, сколь много сил и энергии им было затрачено на создание своих шэтэффрофф. Много говорил и о том, как он любит Россию, что считает россиянок самыми красивыми в Европе и мире. Ну а потом начался показ мод.