Завтра узнаю в академии. Ладно, пошли домой.

– А Индюшка? – спросила Аля.

– Сама прибежит, – ответила Маруська, – куда она денется.

– Вот Хучик расстроится, – пробормотала Аля, – он за ней ухаживал, сыр носил.

– Да уж, – ухмыльнулась Маня, – собаки как люди, без любви никак. Не понравился ей Хуч!

– А этот урод подошел? – возмутилась Аля. – Грязный, блохастый, глистастый…

– С ее, собачьей, точки зрения, он потрясный красавец, – засмеялась Маня.

Девочки убежали в дом. Я села на скамейку и закурила, спустя некоторое время Индюшка подбежала ко мне и стала преданно заглядывать в глаза.

– Да уж, дорогая, похоже, вечер не прошел у тебя зря, – вздохнула я, – двигай домой. Следовало бы отшлепать тебя, да только какой толк после драки кулаками махать?

Ночью духота спала. Сегодня собаки не пришли в мою спальню. Хуч остался возле не доставшейся ему Индюшки. Снап и Банди убежали к Аркадию, Черри бродила по дому, Жюли дремала в холле. Я легла и сразу заснула.

Тук-тук-тук…

– Кто там? – не открывая глаз, спросила я.

Тук-тук-тук…

Меня как громом поразило – стучат в окно.

Я рывком села и схватила будильник. Три часа ночи, время между волком и собакой, на мой взгляд, самая неприятная часть суток.

Вы знаете, что большинство людей умирает именно в это время? И сердечные приступы с инсультами часто наступают у спокойно спящих… О черт, ну и чушь же мне приснилась. Вернее, послышалась.

Тук-тук-тук…

Я соскочила с кровати, подбежала к окну, отдернула занавеску и отпрянула. Перед окном плясала Сара Ли. Меня охватил дикий ужас, но только на мгновение, через секунду пришла злость. Кукол-убийц не существует! Надо посмотреть вниз, и сразу станет понятно, кто держит шест, к которому привязана игрушка.

Хотя никакой палки не видно, небось гадкий Карабас-Барабас воспользовался удочкой. Ну-ка, проверим!

Я свесилась через подоконник. Кукла исчезла. Куда же она подевалась? Внизу было очень темно и слышался легкий шорох. Ага, значит, я права, там человек! Я высунулась еще ниже.

– Эй, вижу тебя!

На самом деле я сказала неправду, мои глаза ничего не различали.

– Не смей двигаться, – прошипела я, подалась чуть вперед и в ту же секунду поняла, что падаю вниз.

Наверное, в минуту смертельной опасности у человека просыпаются невероятные способности.

Мне до сих пор непонятно, каким образом я ухитрилась извернуться и уцепиться пальцами за подоконник. В голове билась только одна мысль: если упаду со второго этажа, то в лучшем случае поломаю ноги, в худшем же лишусь жизни. Следовало заорать, позвать на помощь, но отчего-то пропал голос и изо рта несся хрип.

– Мама, – просипела я и попыталась подтянуться.

Безуспешно, руки у меня слабые, давно ничего тяжелей чашки с кофе не поднимаю, вот мышцы и превратились в кисель.