Похоже, за рулем «Жигулей» сидел не профессиональный шофер. Машина двигалась медленно, странно шарахаясь от тех, кто ее обгонял. Я ползла следом, от души надеясь, что Лебедев не заметит преследователя. Но Никита ни разу не оглянулся, очевидно, не думал о плохом.

«Жигули» прокатились по набережной, пересекли мост, вырулили на Кутузовский проспект и замерли возле дома из светлого кирпича. Лебедев выскочил из салона, что-то сказал шоферу и вошел в дверь. Я разинула рот: татуировщик приехал в «Волшебный мир».

Помедлив секунду, я загнала «Пежо» за угол, а сама притаилась рядом.

Вход в магазин был виден как на ладони.

Судя по тому, что вишнево-коричневые «Жигули» покорно стояли у бровки тротуара, водителю велено ждать пассажира. Минут через пятнадцать Никита появился на улице. Он был мрачен и не держал в руке фирменный пакет. Я обрадовалась, ведь могло быть так, что татуировщик просто решил купить подарок ребенку, поэтому и зарулил в магазин игрушек, но его пустые руки без слов сказали: Никита спешно прикатил сюда по иному поводу.

Забыв об осторожности, я побежала к «Волшебному миру». Продавщица Таня очень любит доллары.

Сейчас она расскажет мне все, с жадным человеком легко иметь дело, его честность и порядочность мигом засыпают при виде большой суммы налом.

Вновь в разгар солнечного дня я попала в темное холодное помещение. Колокольчик робко звякнул, но гномик не спешил в торговый зал. Стояла полная тишина. Я осторожно прошла между стеллажами и увидела дверь, ведущую в подсобку. Рука сама собой толкнула створку. Передо мной открылся длинный коридор, залитый безжалостным светом галогеновых ламп. На глаза моментально навернулись слезы. Наверное, у местных служащих быстро портится зрение, не слишком-то полезно постоянно перебегать из темноты в яркий коридор, выкрашенный белой краской.

И куда все подевались?

Я осторожно прошла вперед, поскреблась в первую дверь, не услышала ни звука в ответ и приоткрыла ее. Кухня! Следующая комната оказалась туалетом. В третью по счету дверь я не стала стучать, просто потянула за ручку и в образовавшуюся щель увидела менеджера Свету.

Девушка стояла спиной ко мне и разговаривала по телефону.

– Не злись, пожалуйста, – сказала она, – Никита ничего о тебе не знает, ни имени, ни фамилии… К нему явилась какая-то пятидесятилетняя кретинка, из молодящихся особ, и попросила сделать татушку, пуму с цветком…

Очевидно, невидимый собеседник пришел в негодование, потому что Света замолчала, а потом извиняющимся тоном продолжала:"

"– Не нервничай, тебя невозможно найти, не осталось ни одного свидетеля, все под контролем.

Вполне вероятно, что тревожиться нет никаких причин. Эта дура заявила, что видела тебя в метро и запомнила тату. Скорей всего так оно и есть.