Терять ей было совершенно нечего; она рисковала только причинить новую боль ему и себе, но отчего-то ей казалось, что теперь она может больше доверять Джо. И, безусловно, Кейт могла больше доверять себе. Она готова была принять все, что бы ни преподнесла ей жизнь, и это делало ее неуязвимой и бесстрашной.

Через два дня после его звонка они встретились в «Плазе», а в следующие выходные вместе отправились гулять в парк. Они разговаривали о том, что они сделали со своей жизнью, о том, что могло бы случиться с ними, не остановись они вовремя, а также о том, чего с ними не могло быть ни при каких обстоятельствах. Под конец этого откровенного и дружеского разговора Кейт представилась хорошая возможность извиниться перед Джо, и она поспешила ею воспользоваться. Попросить у Джо прощения ей хотелось давно — она действительно очень жалела, что причинила ему столько зла, столько страданий — однако раньше это было невозможно.

— Я знаю, Джо, что вела себя как настоящая дура, — сказала она. — Я ничего не понимала. Я только держалась за тебя мертвой хваткой, но чем чаще я требовала невозможного, тем сильнее тебе хотелось освободиться. Не знаю, как я не разглядела этого тогда! Мне понадобился почти год, чтобы разобраться, что к чему. Теперь-то я, конечно, жалею — мне надо было быть умнее!

— Я тоже немало дров наломал, — с раскаянием в голосе признался Джо. — А ведь я ужасно любил тебя!..

Кейт заметила, что он употребил прошедшее время, и сердце ее горестно сжалось, однако она понимала, что это было только справедливо, и удивляться такому заявлению не приходилось. То, что она продолжала любить Джо, было ее собственной проблемой, ее личной слабостью и странностью. А если учесть все зло, которое она вольно или невольно ему причинила, она заслуживала только самого сурового наказания — и никакого второго шанса.

Потом они вернулись домой, и Джо впервые за много месяцев увидел Кларка Александра и Стивени. Дети завопили от восторга и сразу же повисли на нем, а Джо принялся кружить их по квартире.

Вечер, который они провели вчетвером, был почти счастливым. Когда Джо ушел, Кейт долго раздумывала. Ей хотелось верить, что они еще могут быть друзьями; она надеялась на это и пыталась убедить себя, что ей этого будет достаточно. Ведь дружба не предъявляет таких жестких требований и не требует таких громадных жертв, как любовь!..

И следующие два с небольшим месяца они оставались просто друзьями. Джо был относительно свободен, и они обедали вместе по средам и изредка ужинали в другие дни. По воскресеньям Джо приходил к детям, и Кейт готовила для всех четверых роскошные угощения с мороженым, клубникой со сливками и другими лакомствами. Потом Джо ненадолго улетел в Лос-Анджелес, но для Кейт это больше не было трагедией, как когда-то.