Но обстоятельства меня совсем не радуют и я не могу насладиться ни комфортом, ни свежим воздухом, ни обилием прохладительных напитков. Сижу на кожаном диване и чувствую себя так, словно села попой на шило.

— Ежедневник при тебе?

Савицкий задаёт мне вопрос, вольготно расположившись на просторном диване. На коленях у него — новенький iPad последней модели. Длинные, сильные пальцы мужчины порхают над сенсорной клавиатурой со скоростью колибри.

— Да, — отвечаю я, достаю из сумочки бумажный ежедневник и щёлкаю кнопкой автоматической ручки, всем своим видом выражая готовность внимать приказам красавца-самодура.

— Бумага — это прошлый век. Заменим твой ежедневник планшетом, — отпускает замечание.

— Простите, но мне будет не очень удобно пользоваться планшетом. Я привыкла записывать всё ручкой…"

"— Есть стилусы. И если ты не поняла, это не предложение, это приказ. Секретарь должен соответствовать уровню руководства. Это касается всего, — взгляд мужчины скользит по моему телу, запав в область декольте. — Одежды, в том числе. Я бы даже сказал, в первую очередь, стоит заняться твоим внешним видом, Марика.

— Вам не нравится, как я одета?!

— Не нравится, что всё, надетое на тебе, слишком легко можно снять. Залезть под твою юбку — вообще секундное дело, — миллиардер ухмыляется порочно. — Я своими глазами в этом убедился. Поэтому сегодня я тебя раздену.

Глава 13

Александр

Поэтому сегодня я тебя раздену…

Хотел сказать: сегодня я тебя одену.

Оговорка, млин, по Фрейду вышла.

Но какая!

Марика оцепенела, округлила свои глаза до размера чайных плошек. Её пальчики ослабли и выронили ручку на пол лимузина.

— Чтобы одеть, — пытаюсь исправить оплошность и держать при этом невозмутимый вид. — Одеть, как подобает помощнице директора…

«А не дешёвой секретутке…» — добавляю мысленно.

Но вслух притормаживаю немного.

— Что за ткань на тебе? Полиэстер?

— Одежда на мне надета ровно такая, на которую хватает моей заработной платы! — отвечает она, сердито сверкнув глазами. — Не каждую неделю удаётся покупать платье за пятнадцать тысяч, из которого некто молнию вырывает. С мясом, — добавляет ехидно.

— Пятнадцать тысяч?

Вместе со словами Марики в моей голове раздаётся тот самый, сладкий, многообещающий треск рвущейся ткани. Той ночью он звучал для меня сладко.

Однако девушка выглядит недовольной. Неужели я испортил ей платье, которое она считает дорогим? Пятнашка несчастная! В деревянных к тому же. Так это же вообще пыль… Мой носовой платок дороже стоит!

— Сколько ты зарабатываешь на своей должности, Марика?

Марика без стеснения озвучивает цифру.

Конечно, заработки в Рязани не сравнятся со столичными, но даже для провинции цифра, названная Марикой, звучит весьма скромно.

— За неделю? — уточняю.