Анджело: ПОЧЕМУ?

Анджело: Причина в том, что я выжидал год? Твой отец сам мне велел. Я каждую неделю приходил и просил о свидании.

Анджело: Это всегда была ты, богиня.

Это было последнее его сообщение.

Прием пищи по-прежнему не входил в мой распорядок дня. Я услышала, как мисс Стерлинг жаловалась на это Вулфу по телефону, когда пробегала мимо в своем цветочном шифоновом платье с запахом, которое все больше висело на моем худеющем день ото дня теле. Тут мой желудок сдался и окончательно перестал урчать. Вчера, когда Вулф был занят с Эмили, я заставила себя проглотить украдкой несколько кусочков хлеба, но они едва ли утолили мое измученное нутро. Подсознательно я надеялась, что свалюсь в обморок или случится что-нибудь пострашнее, и меня увезут в больницу, после чего, возможно, отец наконец подведет черту этому затянувшемуся кошмару. Увы, надеяться на чудо было не только опасно, но и тяжко. Чем дольше я жила в этом доме, тем больше верила в людскую молву: сенатор Китон рожден для величия. Я стану первой леди и наверняка раньше, чем мне исполнится тридцать. Сегодня Вулф встал спозаранку, чтобы без опозданий добраться до местного аэропорта, и даже планировал уехать на выходные в Вашингтон на несколько важных встреч.

Он не внес меня в свои планы, и я сильно сомневалась, что его встревожит моя смерть. Разве что досадный заголовок мог бы его взволновать.

Под увитым плющом окном моей комнаты, спрятавшись в самом центре сада, я ухаживала за своими новыми растениями и овощами и поражалась, как им удается прожить пару дней без воды. Лето стояло суровое, намного жарче привычного для Чикаго августа. Впрочем, в последние недели все пошло наперекосяк. Погода словно подстроилась под обломок моей потрепанной жизни. Однако мой новый сад не унывал, и, присев на корточки, чтобы переполоть посаженные томаты, я поняла, что тоже живучая.

Я отнесла два мешка с удобрениями под свое окно и, порывшись в небольшом сарае в углу сада, нашла несколько старых семян и пустые горшки. Очевидно, тот, в чьи обязанности входила забота об этом саде, получил инструкции, чтобы он выглядел ухоженным и милым, но на этом все. Сад был зеленым, но скрытым. Красивым, но невыразимо печальным. Почти такой же, как и его хозяин. Однако, в отличие от его пресловутого хозяина, я жаждала восстановить сад своей тягой к садоводству. У меня было полно любви и заботы, но некому и нечему было их дарить."

"Аккуратно разложив все инструменты, я внимательно посмотрела на ножницы в своей руке. Я умыкнула их из сарая, объяснив мисс Стерлинг, что мне нужно разрезать мешок с удобрениями, и дождалась, пока хрупкая пожилая женщина отвернется.