"

"Вулф, больше не скрывая свое истинное «я», отвернулся и поднялся по лестнице. Когда он подошел к дверям, его спутница появилась как по сигналу. Китон взял ее за руку и повел за собой, не удостоив меня и взглядом, пока я чахла на каменной лестнице. Я услышала, как женщина что-то ему прошептала, он сухо ей ответил, и ее смех зазвенел в воздухе, как колокольчики.

Когда хлопнула дверь их лимузина, мои губы защипало так сильно, что мне пришлось дотронуться до них, чтобы убедиться, что он их не поджег. Свет отключился не случайно. Это сделал он.

Он погасил свет. Погасил мою силу.

Я выдернула из корсета записку и, бросив на ступени, принялась топтать ее, как бьющийся в истерике ребенок.

Вулф Китон похитил мой поцелуй.

Глава вторая

ФранческаТем же вечером, куря сигарету и изучая каждую паутинку и изъян на потолке своей спальни, я чувствовала, как внутри у меня все клокочет от гнева.

Это не более чем дурацкая, забавная традиция. И уж точно не научный факт. Безусловно, сбывались не все предсказания в записках. С Вулфом Китоном я наверняка виделась в первый и последний раз.

Впрочем, скоро мне придется встретиться с Анджело. Даже если он отменил наше свидание в следующую пятницу, в этом месяце будет много свадеб, празднований и общественных мероприятий, на которых нам предстояло присутствовать.

Наедине мне удастся с ним объясниться. Один идиотский поцелуй не сотрет многолетних словесных прелюдий. Мне даже удалось вообразить раскаяние Анджело, когда он узнает, что я целовалась с сенатором Китоном лишь потому, что приняла его за него.

Я потушила сигарету и закурила следующую, еле сдерживаясь, чтобы не схватить телефон и не отправить Анджело чересчур виноватое и полное отчаяния сообщение. Мне нужно обсудить случившееся с кузиной Андреа. Она жила на другом конце города и с двадцати лет была для меняя единственным, пусть и не по своей воле, наставником в вопросах о противоположном поле.

Наступило утро, и небо заволокла розово-желтая завеса. На подоконник у моего окна взгромоздились птицы, заливая трелью наше поместье из белого камня.

Я прикрыла глаза рукой и поморщилась. Во рту стоял вкус пепла и обманутых надежд. Сегодня суббота, и мне нужно выбраться из дома прежде, чем матери взбредет что-нибудь в голову. Например, поход по магазинам в поиске дорогих платьев или допрос с пристрастием насчет Анджело Бандини. Невзирая на все безвкусные тряпки и обувь в моем гардеробе, по меркам итало-американской элиты, я была самой что ни на есть заурядной девицей. Приходилось играть отведенную роль, но ужасно бесило, что ко мне относятся как к ни на что не способной пустоголовой принцессе. Я почти не пользовалась косметикой и обожала, когда мои волосы были растрепанными.