– Вы, наверное, чувствовали себя ужасно.

– Это было невыносимо. Он орал на меня в присутствии того человека, с которым он желал, чтобы я говорил: «Скажи что-нибудь, парень. Не стой здесь столбом, как глухонемой!»

Сара поморщилась.

– Как неприятно.

– Однажды он встречался с потенциальной гувернанткой для меня. Мне тогда было года четыре, не больше. Моя гувернантка собралась замуж, и ей подыскивали замену. Он велел мне зайти к нему в кабинет. Заглянув туда, я увидел самую красивую женщину, которую мне доводилось видеть в своей короткой жизни. Она сидела за столом напротив отца. Конечно, я редко встречался с посторонними женщинами, но эта выглядела как настоящая богиня. По крайней мере, мне так показалось. – Он невесело усмехнулся.

– Позвольте, я угадаю. Отец потребовал, чтобы вы с ней заговорили. – Сара с очевидной симпатией покачала головой.

– Мой отец сказал: «Вот он, маленький полудурок. Вам придется изрядно потрудиться, чтобы заставить его говорить».

– О нет! – Маленькая рука Сары сжала пальцы Кристиана.

– Да. – Мужчина пожал плечами. – И, конечно же, все стало еще хуже. Отец потребовал, чтобы я зашел. А когда я не двинулся с места, он встал, подошел ко мне и втащил меня в комнату за ухо.

– Мне хочется его ударить! Как можно быть таким недобрым к ребенку?!

– Забавно, что вы это сказали. Потому что именно это он и сделал. Ударил меня.

– Не может быть! – Сара прижала ладони к щекам, ее глаза наполнились слезами.

– Все так и было. И он продолжал хлестать меня по щекам снова и снова, пока я не заговорил.

– О, Кристиан, нет! – По щекам Сары покатились слезы.

– Да. – Он стиснул зубы. Он нечасто позволял себе вспоминать этот инцидент. Именно это воспоминание заставляло его чувствовать, как вокруг него смыкаются стены. Но почему-то здесь, с Сарой, этого ощущения не было.

– В конце концов я заговорил, – произнес Кристиан. – Но то, что я сказал, – а я клянусь, что по сей день не помню, что это было, – вырвалось из моих уст с ужасным заиканием. И отец не уставал смеяться надо мной, называя не только полудурком, но и заикой.

– Не хотелось бы говорить об этом, но теперь я тоже рада, что ваш отец мертв. Даже не могу себе представить встречу с таким ужасным человеком.

– Так все и началось, – сказал Кристиан, покачиваясь на стуле. – С тех пор я стал заикаться. По крайней мере, в присутствии красивых женщин. Иногда в присутствии мужчин тоже, особенно сильных мира сего. Как я уже сказал раньше, наша встреча с вами получилась совсем другой. Вероятно, наставленный на меня меч заставил меня позабыть о дурной привычке.

Сара вытерла слезы платочком.

– Ваш отец был идиотом. И я искренне рада, что наставила на вас меч, если именно это в конечном счете позволило вам чувствовать себя со мной комфортно.