Так тоже не надо.

– А как насчет этого? – Она сжала рукой его естество, и Кристиан мысленно вознес небесам молитву, прося даровать ему терпение.

– Прошу тебя, не надо!

– Если ты не хочешь, чтобы я делала это, то наверняка не пожелаешь, чтобы я сделала вот что. – Она хитро улыбнулась, наклонила голову и взяла в рот головку фаллоса.

– Проклятье! – Пальцы Кристиана запутались в ее волосах.

Сара подняла голову и улыбнулась.

– Скажи мне, что делать, Кристиан. Покажи.

– Нет, – прохрипел он. Все же интересно, чем он заслужил такую изощренную пытку? Должно быть, он совершил что-то очень плохое. Или очень хорошее.

– Как хочешь. – Сара пожала плечами и снова сжала в руке фаллос. – Тогда скажи мне, чего не делать. – Ее глаза дерзко блестели.

Кристиан стиснул зубы.

– Не… не надо брать его в рот, – предостерег он.

– Вот так? – Сара снова склонилась к его отвердевшему фаллосу и обхватила его губами.

Кристиан стиснул зубы сильнее. Пожалуй, еще немного, и они начнут крошиться.

– И не вздумай шевелиться, так чтобы он двигался у тебя во рту.

Сара так и сделала, и у него потемнело в глазах. Он зажмурился, но тут же открыл глаза. Как бы там ни было, он хотел все видеть.

– Что бы ты ни делала, – прохрипел он, – не трогай его языком.

Сара так и сделала. Да, именно так. Она наклонилась, взяла фаллос в рот целиком, так что он уперся ей в горло, и начала медленно двигаться, одновременно действуя языком. Теперь настала очередь Кристиана метаться по кровати. Ее рот творил чудеса, одновременно вознося его к вершинам блаженства и ввергая в пучины ада. Кристиан знал одно: если она сейчас остановится, он уже никогда не будет прежним. Проклятье, он в любом случае никогда не будет прежним, и то, что творила с ним эта нежная неопытная девочка, было самой сладостной пыткой, которую он мог себе представить.

Сара подняла голову и невинно заморгала. Он смотрел на нее – теперь ее влажные губы были совсем рядом с его естеством – и не мог говорить. Черт! Он даже думать не мог.

– Что будет, – спросила она самым бесхитростно обольстительным голосом, который только можно было себе представить, – если я продолжу делать это? Скажи, Кристиан. – Она поцеловала и еще раз лизнула головку фаллоса.

– Сара… – У него пересохло в горле. С дыханием тоже возникли проблемы. Руки вцепились в простыни, словно они были его последней надеждой.

– Тебе будет так же хорошо, как было мне? – поинтересовалась она и снова начала работать язычком. Кристиан уже точно не знал, на каком свете находится.

– Я… – Больше ни один звук не сумел вырваться из его пересохшего рта. А ее губы и язычок ни на мгновение не прекращали восхитительной… изнурительной пытки.

Теперь Кристиан понял. Эта женщина решила его убить.