— Будешь смотреть? — я стягиваю с себя последнюю преграду в виде трусиков, и в его взгляде огонь вспыхивает с ещё бо́льшей силой.

Мужчина отрицательно машет головой, касаясь пальцами моей лодыжки. Его рука медленно бредет по ноге, достигая бедра, после чего опускается на оголенный живот. Я закусываю губу, чувствуя как разливается тепло в том месте, где блуждает ладонь Даниила, и растворяюсь в новых приятных для себя эмоциях. Между тем, горячие губы опаляют нежную кожу на шее, а мои ногти впиваются в широкую спину мужчины. Я хочу чувствовать его всем телом и больше не могу терпеть эту сводящую с ума прелюдию. Резко отрываю его губы от шеи и сама впиваюсь в его рот, бесстыдно прижимаясь всем своим телом к стальной груди.

— Малышка… — сбивчиво произносит Воскресенский, покусывая мою нижнюю губу. — Ты такая… Хочу тебя…

К сожалению, смятые простыни и бессонная ночь сменяются утренней реальностью, в которую врываюсь я одна. Часы показывают одиннадцать, а постель оказывается пуста, как и гостиничный номер. Светится лишь непрочитанное сообщение в моем мобильном, в котором нет ни единого намека на жаркие объятия и романтическое настроение, созданное прошлой ночью.

Срочная командировка. Вернусь за день до свадьбы. Не скучай.

Глава. 12 Агния

— Войдите, — негромко отвечаю я на стук в дверь своей комнаты. Разглядываю свой образ в зеркале, пытаясь улыбнуться. Но не слишком-то выходит.

— Тебе очень идет свадебное платье, — холодный тон моей матери уже не удивляет. В этом огромном мире существуют женщины, которые не созданы для материнства. Так вот, Татьяна Лисянская является их яркой представительницей. — Я рада, что ты дала согласие на это брак. Не все выходят замуж по любви.

— Хотелось бы иной судьбы для себя, — едва слышно произношу я.

— Агния, ты могла бы выбрать для себя что-то более роскошное, — с укором говорит мама. — Все же ты выходишь замуж за влиятельного мужчину…

— Мам, стоп, — обрываю женщину. — Это моя свадьба. И это мое платье, которое я захотела. В конце концов, у меня ведь должен быть выбор на этом торжестве. Если мужа мне навязали, то хотя бы платье я могу выбрать самостоятельно?!

Вопрос, скорее, риторический, и мама понимает это. Не знаю, что на меня находит, но сегодня в этот день, который должен был стать одним из самых счастливых в моей жизни, у меня не просто нет настроения, меня злит и раздражает все вокруг. И я уверяю саму себя, что это никак не связано с тем, что Воскресенский за эти несколько дней ни разу не позвонил мне. Пожалуй, в моем случае глупо было рассчитывать на то, что та ночь значила для него нечто бо́льшее, чем просто одноразовый перепих.

— Ты ведёшь себя как неблагодарная девчонка, Агния, — моя мать грозно сверкает глазами, после чего выходит из комнаты.