А тут еще и дополнительный пряник: если вы признаете его невиновным, то одновременно и себя признаете невероятно умными и проницательными людьми не хуже Шерлока Холмса. А тут еще дама сердца разыграла такую сцену… Мне самому чисто по-человечески хочется оправдать Еремеева, только он виновен и снова будет убивать, если мы его отпустим.

Они ничего не знают, вдруг поняла Ирина, а без информации про аварию логику поступков следователя действительно почти невозможно постичь. Дед пока держится на симпатии к боевому прошлому подсудимого и потому, что на собственной шкуре испытал, каково это – быть несправедливо обвиненным, но если Лестовский еще чуть-чуть поднажмет, то склонит его на свою сторону.

Ирина решилась. Еще раз напомнив заседателям про тайну совещательной комнаты, она рассказала всю историю про затонувшую лодку.

– Вот собаки, – вздохнул Валентин Васильевич, когда она закончила.

Лестовский покачал головой:

– И все равно вы меня не убедили.

– Да господи, Владлен Трофимович! Ну нельзя быть таким скептиком!

– А вы не имеете права поддаваться паранойе. Совпадения никто не отменял, так что, если предприятие выпускает брак, это еще не значит, что у них в штате не может состоять ни одного маньяка.

Вы еще молоды, Ирина Андреевна…

– А я – нет, – перебил дед, но Лестовский от него отмахнулся.

– Человеческая природа варьирует в самых широких пределах, но одно качество присутствует у всех людей, – журналист, кажется, сам не заметил, как съехал в менторский тон, – ни один индивидуум не станет прилагать больше усилий, чем необходимо, для решения проблемы. Как говорила наша учительница физики: «электрический ток как плохой ученик, всегда идет по пути наименьшего сопротивления», так вот в жизни все мы являемся такими плохими учениками.

Когда вам нужно почистить картошку, вы же берете для этого нож, а не пилочку для ногтей, верно?

– Я знакома с вашим творчеством и уловила главную идею, что у женщины нет мозгов и место ее на кухне, – процедила Ирина, – но я понимаю вас и без примитивных аналогий."

"– Не сердитесь. Суть в том, что у руководства существует множество способов расправиться с неугодным сотрудником, для этого совершенно не нужно, чтобы следователь создавал дело на пустом месте, дыша духами и туманами.

Даже если приплюсовать сюда личную ненависть директора, каким-то образом прознавшего, что Еремеев спит с его женой, результат все равно избыточно большой. Боже мой, какая проблема? Накатали жалобу в райком комсомола, что Алексей Ильич не справляется с работой и морально разлагается, и все, вопрос решен. А учитывая статус НПО, так даже писать ничего не надо. Один звонок секретарю райкома, и все, через три дня забыли, кто вообще такой Еремеев.