Утром Николай Мальцев увидел, что окопы справа от них пустые. Сбивая густую росу, подошел к сержанту и красноармейцу, сидящим возле «максима» с заправленной лентой.

– Где остальные?

– Четверо местных еще ночью ушли и молодого сманили. Обещали невесту найти, а здесь, мол, все равно пропадать.

– А вам невест не обещали? – насмешливо спросил Мальцев.

– Я женатый, – подумав, ответил сержант. – Под Ярославлем живу, чего мне здесь искать? Пулемет, опять-таки, казенное имущество, его бросать нельзя.

– А ты? – обратился Николай ко второму номеру.

– Я с дядей Иваном остался.

– Чего же ты, дядя Иван, дезертиров не остановил?

Вопрос был пустой, можно было и не спрашивать.

– У них винтовки и штыки. Если бы пикнул, сразу бы припороли. Зачем вообще западников призывали? Думали, они за наши колхозы воевать кинутся? Из трехлинеек нам же в спину стрелять станут.

Ночью уходили не только местные. Снялась рота какого-то независимого старшего лейтенанта, который посчитал, что здесь они ничего не высидят. Исчезали мелкие группы и одиночки, вышедшие случайно к месту сбора пограничного отряда.

– Без них воздух чище, – отмахивался Зимин. Обошел взвод старшего сержанта Лыкова. Окопы были вырыты и замаскированы, оборудованы гнезда для ручных пулеметов.

– У тебя, Зиновий, люди на месте?

– Сбежали двое, – ответил здоровяк. – Остальные готовы к бою. Пожрать бы еще не мешало.

– Завтрак будет попозже, – пообещал Зимин. – Старшина чего-то варит.

– Как бы нам «гансы» аппетит не испортили, – заметил один из красноармейцев. – Наблюдатель с рассвета кружится, все высматривает.

Как в воду глядел боец. На смену воздушному разведчику прилетела четверка двухмоторных штурмовиков «Хеншель-129».

Применение таких тяжелый бомб было рассчитано на психику. Взрывы с небольшими промежутками поднимали огромные фонтаны земли, ломали и подбрасывали деревья. Грохот метался эхом из стороны в сторону, выталкивая, как вчера, людей из окопов, заставляя бежать сломя голову непонятно куда.

Носовые пушки и пулеметы на втором заходе добавили паники, вколачивая сплошную трескотню очередей. Старший сержант Зиновий Лыков втащил за шиворот обратно в окоп молодого красноармейца.

– Сиди здесь, если подохнуть не хочешь. Погранцы вон стреляют даже. Чем мы хуже?

Вел огонь из пулемета Андрей Щербаков, высадил обойму снайпер Василь Грицевич. Дал несколько очередей Николай Мальцев. Знали, что толку от их пальбы не будет, но хоть прогонят страх.

Политрук Зелинский крикнул им, чтобы прекратили огонь – накличут бомбы на собственные головы. Но «хеншели» улетели, и политрук похвалил стрелков:

– Так и надо.