Старушка оказалась славной и с маниакальностью старой девы дорвавшейся до ребенка принялась меня откармливать и просвещать по всем житейским вопросам. Как истинная женщина в первую очередь она озаботилась наличием гардероба вот тогда-то я и заинтересовалась своей внешностью. В мозгу словно что-то щелкнуло — я же девочка как я выгляжу? До этого мне даже в голову не приходило посмотреть в зеркало, я чувствовала себя каким-то вялым гомункулом без прошлого и боролась с остаточными явлениями магии, что волнами гуляла по моему телу.

Помню, сообразив, кинулась к трюмо как к панацее от всех бед — увижу свое лицо, и память сразу вернется! Однако ожидания не оправдались. Из зеркальной поверхности на меня смотрела русоволосая, голубоглазая, стройная девушка с правильными чертами лица. Волосы ниже лопаток, чистая белая кожа, аккуратный носик. Симпатичная. Славянский тип — подсказала память и снова затаилась. Может и к лучшему — помни я родителей и братьев с сестрами если таковые у меня имелись, то привыкнуть к новому положению было бы гораздо сложней. По крайней мере, болезненней это точно. Страдания не добавляют радости в жизни. Тяжело знать чего лишилась, что потеряла и кто обо мне плачет. А так словно заново родилась с багажом полученных ранее знаний. Не очень нужных в этом мире, если честно, иногда наоборот вредящих. А еще проснулся инстинкт или привычка — тело требовало физических упражнений. Я легко прогнулась в мостике и села на шпагат. Кажется, в прошлой жизни серьезно занималась каким-то спортом. Скорей всего гимнастикой или балетом. Попробуй, угадай теперь.

Короче, в голове царил кавардак, как говорится ""Все смешалось в доме Облонских"". И главное точно помню, что это крылатая фраза из ""Анны Карениной"" Толстого. Льва Толстого, а не Алексея. На гуманитария что ли училась? Мда…

Почему я понимала местную речь мои профессора дать объяснение не могли, но выставили множество теорий вплоть до того что миры разные, а язык один. Снова заинтересовались мною как научной работой и предложили эксперимент, в результате которого выяснилось, что читать и писать я тоже умею. Дедки радостно развели руками — вот значит, их теория верна. В душе посмеялась над наивностью ученых мужей (память в этом вопросе не артачилась — на Земле насчитывается более семи тысяч языков), но спорить не стала. Умею и умею. Какая теперь разница? Главное могу окопаться в библиотеке и черпать знания из надежных источников никого не отвлекая от дел.

И дни потекли один за другим. Я много читала, общалась с домоправительницей, кухаркой, служанками, которые свято верили, что юная леди Апрелия это приехавшая из глухой деревни приболевшая внучка хозяина.