Шокируя ее до полуобморочного состояния, сорвал полотенце с собственных бедер и отшвыривая ткань куда-то в сторону. Оставаясь при этом абсолютно…АБСОЛЮТНО голым.

С более чем готовым к продолжению рода достоинством.

Вот теперь-то она испугалась по-настоящему!

Губы вмиг пересохли. Пульс взвыл где-то в горле. Глаза увеличились еще больше, до совершенно невероятных размеров.

Подстрекаемая уже не просто страхом, а самым настоящим первобытным ужасом, девушка неистово забрыкалась.

Что было сил. Как безумная. Как одержимая.

Лишь бы только скинуть с себя этого тяжеловеса.

Лишь бы только выползти из-под него!

- Не надо…пожалуйста. Я не хочу!

Ага, конечно. Так он и послушал…

Самооборона длилась недолго.

Ему - хоть бы хны, а Катя начала выдыхаться. Впрочем, казалось, именно этого мужчина и ждал: усталости. Ее усталости. И чем яростнее она взбрыкивала, тем быстрее ослабевала. В какой-то момент пришло четкое понимание: ей никогда не дать достойного отпора такому силачу!

Это конец.

При желании, всего пара умелых движений и он окажется глубоко в ней. Причем, сделает это грубо...резко..

.намеренно наказывая за недавнее сопротивление. Разорвет изнутри.

Причинит чудовищную боль, сам того не подозревая.

Господи!

Затрясло так, что зубы громко друг о друга застучали. Словно в самой страшной лихорадке. В бреду.

- О, как же ты пахнешь, девочка! – Едва ли не мурлыкал мужчина, жадно зацеловывая ее шею и зону декольте. Покусывая кожу над ключицей. – Красивая малышка. Сладкая. Не должна такой быть...

Осознание реальности ситуации, и ее неизбежного логического завершения, выворачивало душу наизнанку. Глаза защипало от едва сдерживаемых слез, готовых пролиться в любое мгновение.

Понимая: терять ей, собственно, нечего - попыталась достучаться до этого человека, образумить…вероятно в последний раз.

Судя по степени его желания, потом он ее даже не услышит.

Счет шел на секунды.

Улучив момент, перестала драться и решительно перехватила дрожащими ладошками щетинистое лицо незнакомца. Проникновенно и смело заглянула в полыхающие от бесконтрольного возбуждения глаза.

Странное дело, вблизи он казался ей не таким уж грозным.

Вполне себе привлекательным.

- Неужели ты не видишь, что мне страшно? – Вырвалось против воли. – Неужели, собственное желание тебе до такой степени разум затмевает?

Толкнувшийся в ширинку ее трусиков твердый орган служил своеобразным ответом.

Поздно. Слишком поздно.

Не остановится!

А кричать начнет, так вообще нахр*н задушит.

Перед ней встал нелегкий выбор: сопротивляться до последней секунды, страдая при этом от чудовищной физической боли – ибо «свое» он все равно возьмет, или же найти компромисс, если таковой вообще возможен.