Я протягиваю руку и щиплю их, заставляя ее стонать, а затем хныкать.

Вид снизу – единственная причина, по которой я иногда позволяю ей это делать. Но даже мое терпение имеет пределы.

Схватив ее за бедра, я переворачиваю ее, и она визжит, когда ее спина соприкасается с матрасом. Но потом она стонет, когда я вхожу в нее быстро и жестко, прежде чем двигаться медленно и неторопливо, в темпе, который нам обоим нравится.

Ее эротические звуки разносятся в воздухе, побуждая меня, прося, умоляя о большем.

Звук ее голоса делает меня еще тверже, и я даю ей то, что ей нужно. После того, как она лишила меня их в прошлом, я не принимаю ее звуки удовольствия как должное. Всякий раз, когда она предлагает их, как сейчас, я запечатлеваю каждый из них в своей памяти.

– О, Адриан... да... да... – кричит она, разваливаясь вокруг меня. Ее удовольствие цепляется за мое, и я присоединяюсь к ней почти одновременно.

Мы лежим, растянувшись друг на друге, и медленно целуемся, пока я прикасаюсь к ней везде, куда могу дотянуться. Затем мы просто смотрим друг на друга, пока я глажу ее волосы за ухом.

– Ты такой жадный, – надулась она, проводя пальцами по моей груди.

– Жадный?

– Ты не дал мне закончить с тобой.

– Тебе не нравится кончать объезжая меня верхом. Тебе нравится только начинать это.

– Может быть, мне действительно нравится кончать.

– Поэтому ты никогда не испытываешь оргазма в такой позе?

– Неважно. – Она вздыхает. – Я просто рада, что нас не прервали.

– Не сглазь. Кайфоломщик находится в одной двери отсюда.

Она тихо смеется, потом замолкает.

– Эй, Адриан.

– Что?

– Помнишь, как я солгала тебе насчет измены?

Мое настроение мгновенно портится. Я ненавижу эту часть нашей жизни, даже если она сформировала то, кем мы являемся сегодня. Но что я ненавижу больше всего, так это чувства тех времен. Это правда, что она не изменяла, что она была так же верна мне, как и я ей, но в какой-то момент я поверил в это. И эта боль расколола меня надвое, и из-за того, что я был несчастен, я причинил ей боль.

– Зачем ты об этом заговорила? – спрашиваю я.

– Мне любопытно. Если ты верил, что я изменяю, почему ты никогда не отпускал меня? Разве это не было бы самым логичным поступком?

– Только не для меня. Я предпочел бы иметь тебя, даже зная, что ты изменяла, чем не иметь тебя вообще.

Влага собирается на ее веках, когда она улыбается.

– О, Адриан.

Я прищуриваюсь.

– Ты думаешь об измене, госпожа Волкова?

– Даже не в следующей жизни. – Она обнимает меня за шею. – Ты не только мой любовник и мой муж, ты также мой лучший друг и мой партнер во всем.

– А ты моя, Леночка.

– Я люблю вас, господин Волков.

– Я люблю вас, госпожа Волкова.

И я проведу остаток своей жизни, показывая ей, насколько глубока и необузданна эта любовь.

КОНЕЦ"