Воздуха уже катастрофически не хватало и я начинала панически вырываться, понимая, что вот-вот задохнусь. Но слова Медичи все же врезалась в сознание и даже сквозь панику оставили там огромный вопросительный знак.

— Меня тогда трясло, так сильно я хотел тебя. Вернее я хотел ту, под видом которой ты пришла, — Медичи оскалился. Вздернул меня вверх, так, то теперь я до пола доставала лишь носочками. — Но трахая тебя, я кончил лишь потому, что ты похожа на нее. Это все равно, что желать выпить хорошего виски, но открывая бутылку, наливаешь в стакан дешевое пойло. Ты ни о чем.

Он отшвырнул меня в сторону кровати, но до нее я не долетела. Упала около ветхого стула и тут же завозилась на полу, начиная ладонью потирать шею и часто дышать. Медичи в этот момент резко развернулся, схватил кресло за подлокотник и швырнул его, из-за чего несчастный предмет мебели отлетел и чуть не разбился о стену.

— Всякий раз, когда ты притворялась ею, подражая в мелочах, я сдерживал свое желание убить тебя, только потому, что ты ее сестра.

Казалось, что Винченсо сжирала эта ярость. Не только мои слова, но и те события, о которых он говорил, сейчас сорвали его самоконтроль. Превратили в какую-то разъяренную тварь, жаждущую крови. Моей крови.

— У тебя явно не все в порядке с головой, но сейчас ты вообще переступаешь через грань. Своими мерзкими руками касаешься того, то для меня дорого, — Медичи подошел ближе и теперь возвышался надо мной. Он прищурил взгляд, после чего жестко произнес, слова, в которых я уловила грубую горечь. — Ромола мертва. Ее больше нет.

— Слушай, я не знала, что такое происходило между тобой и Фелисой… — я произнесла эти слова очень хрипло. Горло болело так, что каждое слово давалось с трудом."

"— Все еще продолжаешь утверждать, что ты Ромола? — Медичи склонил голову набок, всматриваясь в мое лицо своим диким, пугающим взглядом.

— Продолжаю. Потому, что я и есть Ромола, — кивнула, вынужденно замолкая. Горло засаднило и я закашлялась, не в силах больше произнести ни слова.

Медичи какое-то время смотрел на меня, а потом вновь оскалился. Но на этот раз более жутко. Агрессивно. В этот самый момент мне было страшно смотреть на него. То, что происходило с Винченсо сложно объяснить словами. Будто его накрыло сумасшествием и бесноватостью. Зрачки сузились, глаз дернулся и на губах появилась ужасающая улыбка, которая, в прочем, уже вскоре исчезла. Сейчас Винченсо сам на себя не был похож. Словно было затронуто то, что трогать было нельзя, из-за чего к чертям полетел не только самоконтроль, но и сознание.

То, что происходило дальше, показалось мне кошмарным сном. Винченсо все смотрел на меня и на его губах то возникала эта жуткая улыбка, то исчезала. Его глаз вновь дернулся и парень схватил меня за волосы.