До этого он также успел поруководить несколькими губерниями, к примеру Калужской и Московской, – в общей сложности 15 лет. Но в историю вошел преимущественно «булыгинской Думой». Так называли первый российский парламент, который должны были выбрать еще в 1905 году и остановить с его помощью первую же русскую революцию. Однако министр переусердствовал с ограничениями избирательных прав, полностью отстранив от дел рабочих и бедных крестьян, военных и студентов, а роль будущей Думы свел лишь к совещательной при мудром правительстве. Выборы не состоялись, а ответом на действия чиновника стала всеобщая забастовка.

С тех пор Булыгин сошел с публичной политической арены и потерял былое влияние. Однако продолжал оставаться при дворе, формально числясь членом Госсовета по назначению, а еще через некоторое время возглавив Собственную Его Императорского Величества канцелярию по учреждениям императрицы Марии, вплоть до самой февральской революции 1917 года.

Логично, что преданного монархиста и друга царской семьи назначили ответственным и за подготовку главного семейного праздника – 300-летия Дома Романовых. Неудивительно и то, что Булыгин, обжегшись на молоке в 1905-м, решил дуть на воду в 1913-м. Царедворец очень боялся опростоволоситься во второй раз. Но еще больше переживал за императорскую фамилию, безопасность которой ему предстояло курировать на протяжении многих месяцев. Одно из совещаний по этой острой теме он и собрал в конце 12-го года в московском Кремле, где регулярно бывал, еще будучи губернатором.

Вдоль длинного стола расселись члены правительства – вплоть до премьер-министра Владимира Коковцова, а также представители Министерства двора, свитские чины, статские, военные, полицейские, жандармы и сотрудники Охранного отделения, посланники практически от всех возможных ведомств. Чтобы вольно или невольно не ошибиться при изложении собственных мыслей, Булыгин читал по бумажке:

– По данным из многих заслуживающих доверия источников, против государя императора Николая Александровича готовятся противоправные действия… – Спикер поднял глаза. – А по-простому говоря, покушения. И не только на его величество, но и на всю августейшую семью…"

"Булыгин обвел присутствующих взглядом – отдают ли они отчет его словам и степени опасности, грозящей царю и Отечеству? Кажется, отдают. После чего продолжил:

– А теперь узнаем, как обстоят дела, что называется, на земле… Заслушаем ротмистра барона фон Штемпеля, помощника начальника Московского охранного отделения и человека, который знает все процессы не понаслышке. Не ограничиваясь, разумеется, Москвой и Московской губернией, а в целом! Давайте, ротмистр, ваш выход.