Он младше меня лет на пять точно, хотя чисто внешне и не скажешь — парни-оборотни все выглядят серьезно и взросло. И ведут себя так же.

Гере я нравлюсь, он этого с самой первой встречи не скрывал… И послужил, кстати, еще одной причиной моего спешного отъезда из Семейкино.

Потому что, если в самом начале все еще было более-менее легко, да и я, занятая попытками правильно осознать себя в новой реальности, не особенно обращала внимание на постоянное Герино присутствие рядом, его взгляды, тяжелеющие с каждым днем все больше и больше, якобы случайные, абсолютно не случайные касания и прочее, то последнюю неделю как-то стало чересчур…

Гера, до этого спокойно себе живший в большом мужском доме, где селились все неженатые деревенские парни после достижения совершеннолетия и до появления у них пары, вернулся обратно в родительский дом, постоянно маячил за моей спиной, стоило показать нос наружу, за пределы двора Марха, и пару раз устроил показательные выступления на тему: “Это моя девочка, и я ее танцую”.

Мое мнение по этому вопросу как-то не принималось во внимание, хотя я, уяснив, наконец, причины такого Гериного поведения, очень четко, в своей манере, разложила ему по полочкам, почему “нет”. Верней, мне казалось, что разложила. А вот Гера хмыкнул и пробурчал что-то о следующем полнолунии, и чтоб со двора не вздумала выходить. Он сам придет.

Вот тут-то меня и посетило озарение, что, если не потороплюсь, то в следующее полнолуние, когда молодняк выходит на охоту за приглянувшейся парой, я могу и не успеть спрятаться…

Волки — парни серьезные, конечно, больше в спутницы своих выбирают, но и людей тоже любят. В Семейкино таких смешанных пар нет, а вот в соседнем селе есть. Там девушка влюбилась в волка, они поженились, и сейчас она живет с ним, рожает каждый год волчат, потому что от брака волка и человеческой женщины рождаются в основном именно волки-оборотни, наверно, ген слишком доминантный… И, вероятно, она даже счастлива, эта женщина.

А вот я не горю желанием оставаться в деревне и рожать каждый год волчат своему суровому мужу-оборотню.

Нет, Гера, объективно, хорош. Они вообще все тут хороши, мускулистые, высокие, хищные. Заглядение, а не парни. Но в моей жизни уже был вот такой, мускулистый, высокий и даже чуть-чуть хищный… Как-то не пошло у нас.

И тут тоже не пойдет.

Не нравится мне так, по-животному, не хочу больше.

Вот только все мои попытки объяснить свою позицию Гере разбились о его тяжелый жаркий взгляд и хищную усмешку уверенного в себе и своем превосходстве над самкой самца.

Я посмотрела на это дело, поняла, что будут проблемы… А зачем мне проблемы?

— Уезжаю, — коротко и довольно холодно отвечаю я, — прощай, Гера.