Фарфоровая кожа без единого изъяна и словно светится изнутри, тонкий нос, полные, красиво очерченные губы. Если Элизабет очаровывает юностью – она еще словно нежный бутон, то красота Элисы бьет наповал уже сформировавшейся женственностью.

Я словно удар под дых получил, увидев ее сегодня без одежды, и потерял дар речи, когда она наклонилась, чтобы прикрыться. Высмеял ее насчет выставленных прелестей больше из-за того, что оценил их с мужским интересом. Не отвернулся, как воспитанный человек, не дал ей времени одеться, чтобы доказать себе, что мне они безразличны.

Напрасно. Сложно игнорировать красивую женскую грудь, когда тебе тычут ее под нос не стесняясь.

«А ведь можно попросить целителя проверить ее на девственность!» – осенило меня. Грешно не воспользоваться таким удобным случаем.

– Вы позволите? – в покои вошел архиус Вайнер.

– Вы быстро.

– Был недалеко. Одна из приехавших дам ощутила недомогание, но потребовались всего лишь нюхательные соли.

– Вас пытались разговорить? – понял я. Ведь выделенным для гостей слугам было приказано обо всем молчать, любое лишнее слово будет приравниваться к измене.

– Вы же знаете, я не склонен к лишней болтовне, – с усмешкой ответил целитель и тут заметил на моей постели Элису. – Что случилось?

– Выпила сонного зелья с айкрой. Я бы хотел убедиться, что с ней все в порядке.

– Выпила? – с иронией уточнил Вайнер, пригладив белую бороду. Хотя чего ожидать. Сейчас во дворце только ленивый не судачит о щекотливом положении, в котором я оказался.

– Хочу быть уверен, что ближе к ужину она придет в себя, – не обратив внимания на иронию, уточнил я и отошел, освобождая ему место.

Вайнер сразу приступил к делу, сканируя ауру Элисы.

– А это мне совсем не нравится, – нахмурился целитель.

Его руки замерли в районе ее живота. Мелькнула мысль, что моя жена уже беременна. Вот это будет скандал!

– Можно перевернуть ее величество на живот?

– Перевернуть? – не понял я, но потом отмер и, подойдя, выполнил просьбу. – Что с ней?

– Сейчас…

Вайнер водил ладонями над телом, задержавшись на пояснице, а потом его руки запорхали, словно у музыканта, играющего на инструменте. Направлял энергетические потоки, приступив к лечению.

– Можете переворачивать обратно. – Он отступил и полез в свой саквояж. – Хорошо, что ее величество спит. Сон ей сейчас полезен. Не знаю, что за олух ее лечил, он лишь купировал боль, но не убрал воспаление. Я оставлю настойку, пусть принимает по двадцать капель утром и вечером пять дней и бережет спину. Никаких резких движений, и следите, чтобы не переохлаждалась.

– Когда она проснется?

– Без моего вмешательства спала бы до утра, но я сейчас ускорил процессы в организме, у вас примерно четыре-пять анков, не больше, – понял меня Вайнер.

– Ясно.