Ничего не вышло. Ни знакомого зеркального сияния, ни привычного ощущения чужого сознания. Спина покрылась холодной испариной страха. Черт возьми, и что теперь делать?..

Мысли казались рваными и какими-то резкими, глупыми. Я что-то делаю не так, но что?..

Мне стало страшно, пальцы мелко задрожали, а в голову пришло осознание того, что Адриана сейчас в Академии нет, а из парней в самом деле те еще защитники, хотя Фил и Винни явно собрались драться до последней шерстинки на хвосте.

А если подумать, вообще чушь какая-то. Мы в людном месте, днем в холле общежития. Вокруг снуют толпы студентов, в углу за столом сидит суровая вахтерша, а я… все равно боюсь.

И причина этому была. Я вдруг осознала, что чувствую магию и ее последствия на каком-то интуитивном уровне. Ментальной магии не нужно взрывать огненные шары и выращивать цветы-людоеды. Никто вокруг даже не поймет, что с нами произошло. Просто после в заключении экспертизы напишут: причина смерти “вместо мозгов - желе”.

Причем это желе образовалось ровно в тот момент, когда я в первый же день сцепилась с Кавендишем в приемной ректора. Спрашивается, что тебе стоило, Машка, на наглое предложение Леона восхититься, обрадоваться и сделать вид, что только об этом и мечтала все двадцать лет.

Он бы потерял ко мне интерес еще на втором “ахе-вздохе”. Видала я, какие тут за ним девицы бегают. Я на фоне этих дракониц и феечек - бледная моль. А сейчас это, похоже, переросло в нездоровый спортивный интерес.

Чертов сталкер!

Главный вопрос: а я сама что могу сделать?.. Я - слабая иномирянка со странной магией, которой непонятно как управлять. Но попробовать еще раз точно стоило.

Похоже, главное условие, это как-то настроится не на себя, а на оппонента.

И, видимо, в этом основная проблема. “Настраиваться” на Леона Кавендиша мне категорически не хотелось.

Пришлось напомнить самой себе, что есть такое слово “надо”, Машенька. Часы, проведенные на актерском мастерстве, научили меня принимать любой образ от торговки рыбой до Клеопатры. А тут всего-лишь дракон. Наглый, самовлюбленный и неприятный.

Вдох-выдох.

Мне просто надо почувствовать его, стать им. Увидеть его магию… одновременно колючую как иней и вязкую, как осенний туман. Я ведь делала это уже два раза.

Значит, получится и в третий."

"Вначале мне показалось, что ничего не вышло, но когда спина уже покрылось холодной испариной страха, я увидела, как моя кожа послушно покрывается зеркальными гранями кристаллов, повторяя чужую сущность и такую же чужеродную магию.

Леон тоже это заметил, зло прищурился и… Могу поклясться, он только этого и ждал.

Я вдруг заметила как затрепетали в предвкушении тонкие ноздри аристократичного носа, как расширился черный зрачок, вытягиваясь в тонкую змеиную вертикаль.