Тропа оборвалась перед черным тоннелем из сплетенных магодрев. Странной была темнота впереди. Неправдоподобной. Там, внутри, было что-то сокрыто… и оно манило меня изо всех сил.

– Шшш! – раздалось дикое, отчаянное, едва я занесла ногу, чтобы сделать шаг.

На тропу, преграждая путь, выскочила белая кошка с разными глазами и вздыбленной шерстью.

– Пропусти, Миланка. Я ухожу, – произнесла я дрогнувшим голосом и попыталась отогнать кошку пяткой. – С твоей помощью или без.

– Сбегаеш-ш-шь? – презрительно прошипела мерзавка, не меняя мохнатого облика на человеческий. – Обратно к моему земному братцу, к Темочке? Уж он-то скуча-ал, скуча-ал…

– Перестань. Ты не обо мне беспокоишься, а о своем споре с Верганой, – я упрямо тряхнула головой.

– Я беспокоюсь, что у тебя в кармане розовый сатин. Какая пошлость! – фыркнула она. – Все, кто попадает в Сады, едят их с такой охотой. «Очищаются», чтобы не тянуть с собой прошлое тяжелым багажом. Как удобно: откусить кусочек и избавиться от горьких воспоминаний!

– Удобно, – согласилась я, наглаживая пальцами фрукт в кармане.

– Ты ведь в курсе, что в тебе завелась жизнь? Немудрено за пять лун, конечно…

– Я не была уверена, – пробормотала, выпуская сатин из ладони. – Но чувствовала. Это может навредить?

– Божественная тропа? Нет, вряд ли. Но как уныло… Как уныло, что я пятнадцать лет торчала в Хавране и в итоге сделала ставку на феерическую трусиху!

Серьезно? Я так-то на роль спасительницы кворгов, демонов и миров не напрашивалась!

– Из-за чего Вергана сослала тебя в мой мир? – спросила я, придумывая, как бы обойти когтистую негодяйку.

Зов тропы становился сильнее, аж в ушах гудело и ребра скручивало. Бедные демоны, что семь лет слышали пронзительный гул на Вандарфских полях…

– Бюрократическая волокита, – кошка махнула хвостом и лениво улеглась посреди тропы. – Вергана та еще затейница, когда хочет выиграть пари. Я же говорила, они с тетушками прибрали к рукам мое наследие!

– О чем был ваш спор?

– О том, что полотно можно изменить. О том, что Судьбоносная всем оставила выбор, даже богиням… Нужна лишь смелость, Лизавета, – мурлыкала пушистая зараза, прочесывая коготками землю. – И еще о том, что я достойна стать пятой богиней. Что я любого смогу заставить полюбить. Нам с тобой, Лизавета, нужно одно и то же. Одно и то же. Давай сотрудничать, мррр?

– Тебе нужно получить признание чувств? – горько рассмеялась я, наконец-то сообразив, к чему клонит Миланка. «Любовное божество» в пубертате, ненавидящее все живое.

Она что же, решила, что Габ влюблен и готов кричать об этом на весь Сатар? Наивная девочка.

– Признание. От того, кому не суждено полюбить… Мда, так себе условие, но я справилась. Справилась. Даже из другого мира! – прошипела она недовольно.