Я сделала несколько глотков, с удивлением обнаруживая, что там еще какие-то специи.

Фогс достал розовый платок, размером со скатерть, развернул его и трубно высморкался.

От его сморкания дом чуть не сложился.

Глоток шел за глотком в охотку. Чай пусть и был еле теплый, но очень вкусный.

- Ой, - замерла я, чувствуя, как меня сворачивает в трубочку. – Ой-е-ей!

Живот жалобно напомнил о том, имеет право хранить ворчание.

- Это чай от неразделенной любви! – заметил бесподобный Фогс, делая глоток и блаженно закатывая глаза. – Хорошо помогает, от любовных страданий… Я пью его каждое утро… Натощак… Уже почти сто лет…

Я подскочила, перевернула кружку, чувствуя, как чай устроил бунт внутри. Я летела, нет, мчалась прочь, чувствуя, как несу внутри всю нерастраченную за всю жизнь любовь.

Глава 31"

"Полчаса я чувствовала себя подкустовным выползнем. Стоило мне только на пару минут стать «выползнем», сделать несколько шагов как человек прямоходящий, как тут же меня складывало пополам, и я превращалась в «заползня».

Все лопухи в окрестностях были выдраны, пока я партизанила по кустам, обещая убить бесподобного Фогса сразу же, как только меня отпустит.

Если поначалу мне еще было стыдно, немного неловко и даже слегка нервно, но на восьмой раз мне казалось, что если ко мне в кусты придет медведь, я молча отпихну его ногой и продолжу.

Чувство желудочного просветления заставило полностью переосмыслит всю жизнь. Я поймала себя на мысли, что поглядываю на огромные листья борщевика, который рос неподалеку. В прошлый раз деда на скорой увезли, когда он случайно сослепу использовал борщевик не по назначению, а по нужде.

- Убью! – беззлобно шипела я, понимая, что даже злится уже не могу. Теперь, идя по аллее вдоль грядки, я уже не могла думать ни о чем, кроме того, отпустило меня или нет.

Пройдя мимо лука, который снова повытаскивала какая-то скотина, я резко остановилась и опять принялась втыкать его на место. Мне что? Охрану к луку ставить?

Вот так пролетел целый день. Я хотела высказать все, что думаю про неразделенную любовь, но дверь в Храм Богини была заперта. Как истинно верующая в любовь и ее волшебную силу, я ломилась, высказывая все, что я думаю о чае. Потом устала, охрипла, наелась пердынек и пошла спать.

Бывает такое, что хочется спать, но как только ложишься, сна нет ни в одном глазу? Вот! Я лежала и вертелась на кровати. И что этому дракону у магов понадобилось? Или что? Он решил окончательно улететь в столицу? Это значит, что я его не увижу больше?

- Мать, ты чего? – насупилась я, вспоминая ослепительно дерзкую улыбку и синие глаза. – Ты что? Влюбилась что ли? Ты это бросай! Любовь ни до чего хорошего не доводит!

Промаявшись полночи, я наконец-то уснула, как вдруг проснулась от того, что кто-то кричит. Я даже толком и не поспала.