Иссиня-чёрный камень приятно лежал в ладони, грея её. Осмотрев комнату ещё раз, я безбашенно улыбнулась и сорвала его, вставляя вместо вырванной доски, а после, молясь всем богам, подхватила коврик, отбежала к двери и сжалась в комок, прикрываясь им. Откуда только смелость взялась, а может, глупость?..

Взрыв был небольшой, но внукам я буду с гордостью о нём рассказывать.

Голова кружилась, а в ушах жужжало, но я беспрестанно твердила себе, что у меня нет времени, а потому, как только немного улёгся дым, я ринулась в образовавшуюся прореху в стене.

Огни города манили, они были маяком, к которому я стремилась. Они были заветной целью, самой жизнью.

«Если я добегу, то буду жить», — эта мысль беспрестанно билась у меня в голове, несмотря на шум позади.

Взрыв услышала не только я.

Высокие деревья, что сопровождали каменный забор, были мне на руку. Их ветви послужили мне трамплином, пока адреналин зашкаливал в крови.

Я обдирала пальцы, стремясь выбраться из смертельной ловушки, но не останавливалась.

Как оказалась на улице, устланной серыми булыжниками, я особо не помнила. Как и то, каким образом оказалась в объятиях боевого мага, что с напарником патрулировал улицу. Только то, как рыдала, уткнувшись в форму имперского мага, беспрерывно шепча своё имя.

Глава 27

Всё стремительно менялось: картинки, лица, окружение. У меня что-то спрашивали, куда-то вели. Я вздрагивала каждый раз, когда до меня сочувственно дотрагивались новые люди. Пожалуй, только ненавязчивые прикосновения лекаря не вызвали эмоций, и я подозревала, что он первым делом коснулся меня успокаивающим заклинанием.

Меня осматривали, вертели, а потом я узнала, что боевая команда быстрого реагирования собирается штурмовать тот дом. Я бы вряд ли смогла указать его точное расположение, но благодаря тому, где меня нашли боевики, и сигналам добропорядочных драконов, что слышали взрыв, особняк быстро вычислили.

Плотнее завернувшись в плед, поданный мне одним из молодых боевых магов, что сновали по участку, я уставилась на противоположную стену.

Я сидела в кабинете главного следователя на небольшом коричневом диване и, не мигая, изучала трещины на стене, что вырисовывали замысловатый узор.

Стоило мне сомкнуть веки, как я сразу же оказывалась в подвале. Мне чудилось, что вода вновь монотонно капает на грязный камень, а от пола по телу сквозит холод. Не помогало даже то, что в руке я держала тёплую кружку с укрепляющим отваром, оставленную для меня лекарем. Мне было холодно внутри.

Вторая моя ладонь то и дело нервно сжималась и тряслась, в то время как я напряжённо косилась на дверь, ожидая мужа. Все обиды остались позади, он был единственным, кому я верила, чья поддержка была мне так необходима.