Обняв его за шею, она склонила голову набок, а руки погрузила в его волосы. Первым разорвал объятия Тревис.

— Теперь мне хочется надеяться, что я не найду вашего попечителя. Вы — ужасно приятная ноша.

Когда она замахнулась, чтобы ударить его, он захохотал и, перехватив ее руку, стал целовать косточки пальцев одну за другой.

— Это ведь только пожелание. Так вот, сидите здесь и ведите себя как следует, а я приду и принесу вам красивое платье.

Он опять засмеялся, когда брошенная ею подушка ударилась о закрывшуюся за ним дверь. Звук поворачивающегося в замке ключа вызвал в ее сознании мысль о цепях, которые словно защелкнулись на ее щиколотках.

Наступившая тишина вселяла ужас. Риган растерянно села и оглядела просторную комнату. Какое-то время до нее просто не доходило, что она не у себя дома, не в своей спальне, отделанной в голубых тонах, и что рядом нет Мэтты, готовой в любую минуту принести ей чашку шоколада. Всего за несколько часов весь ее мир рухнул. Она слышала, как человек, которого любила, сказал, что не хочет на ней жениться, а ее единственный родственник признался, что не намерен о ней заботиться. И, что хуже всего, она потеряла невинность и оказалась в плену у какого-то дикаря-американца. «В плену», — подумала она. Раньше она просто не понимала, что всю свою жизнь была пленницей, что ее держали в позолоченной клетке, состоявшей из красивого сада и ветхого дома.

Придя к этой мысли, она принялась обследовать комнату. В одной стене было большое окно, и она подумала, что, может быть, ей удастся вырваться из плена. Если она сможет бежать отсюда, то наверняка кто-нибудь поможет ей: примет ее в свой дом или даст ей работу. При этой мысли Риган замерла. Что она умеет делать? Каким способом она сможет зарабатывать себе на жизнь в течение пяти лет, пока не получит наследство? Единственное, что она умела делать действительно хорошо, это разводить цветы. Возможно…

Нет. Сейчас не время ломать голову над подобными вопросами. Сначала ей нужно бежать и доказать этому простолюдину-колонисту, что он не имеет права похищать англичанку и держать ее под замком, требуя при этом покорности.

Выпрыгнув из кровати, она поняла, что самое главное — достать одежду. В углу комнаты стоял чемодан, но он, конечно же, был заперт.

Когда в дверь постучали, она едва успела набросить рубашку Тревиса. В комнату вошла розовощекая пухлая девушка. В руках она несла тяжелый поднос, заставленный тарелками.

— Мистер Тревис приказал принести вам еды и, если вам понадобится, горячей воды, — смущенно сказала она, прижавшись спиной к закрытой двери и между делом обшаривая комнату глазами.

— Вы не могли бы достать мне одежду? — попросила Риган. — Прошу вас! Я вам потом верну ее, но сейчас у меня ничего нет, кроме мужской рубашки.