Но в этом абсурдном случае, в самом деле, не казнить же зарвавшуюся девчонку! Что за порядки установил Аугусто Наурийский в своём королевстве? Если даже дочь не слушается отцовского слова. Как можно править страной, если в собственном доме не выполняют королевскую волю?

Или это такой ход короля? Прикрывшись юным сыном, который только вошёл в пору, когда к мальчикам приставляют наставника, обучающего всем рыцарским премудростям, сообщить, что договорённости расторгнуты? Воевать с ребёнком матёрые воины не будут. Нет в этом чести. Но наказать кого-то хотелось. И прямо сию минуту. Лучше бы высечь розгами принцессу. За неповиновение.

***

За неделю до текущих событий

Утро принцессы Лиссандры Наурийской началось как обычно. Нет, не в мягкой постели ближе к полудню, как свойственно прекрасной половине представителей её сословия. А до восхода солнца на узкой твёрдой койке в маленькой комнате замка Ордена Прядильщиц.

Лиссандра умылась, привела свои длинные густые волосы в порядок, заплетя их в простую косу и укрепив на голове короной, оделась без изысков в простую тёмно-синию форму учениц и обула удобные туфли из мягкой кожи с небольшим каблучком ровно тогда, когда пробил колокол, созывающий послушниц в трапезную."

"Единственным украшением девушки была поблескивающая на шее тонкая цепочка с кулоном, внутри которого был спрятан мамин локон — тёмно-каштановый с явной рыжиной. Цвет волос у мамы был совсем не таким, как у самой Лиссандры.

Несмотря ни на прозвище, ни на фырканье придворных в замке короля-отца, и даже пренебрежительное отношение с хорошей долей равнодушия самых близких родственников, принцесса не придавала так много значения своему цвету волос — медно-рыжему, насыщенному, с более яркими прядями у висков, словно пламя. Давно приставшее прозвище «Рыжее чудовище» ранило другим, истинной подоплёкой его появления. Отец доходчиво, не стесняясь в выражениях, объяснил маленькой принцессе, что именно она — Лиссандра, повинна в смерти своей матери. Вот от этого было нестерпимо больно. Хотя Ведана, наперсница и наставница, младшая сестра мачехи, получившая от Единого сильный магический ведьмовской дар, не раз убеждала девушку в том, что её вины в смерти матери нет. Во всём виновато несовершенство оказываемой целительской помощи в родах. Только Ведана хорошо относилась к девочке и ненавязчиво направляла, учила всему, что знала сама, и настаивала на приглашении учителей, чтобы старшая дочь короля Аугусто Наурийского получила всесторонне образование, так необходимое каждой свободной женщине Срединных земель.

Лиссандра к своему двадцати одному году точно знала, чего хочет достичь и к чему ей стоит стремиться. Никто девушке в этом не мешал. Отцу на неё было наплевать, мачехе подавно.