— Look into my eyes, make sure I am serious, (Посмотри в мои глаза, убедись, что я серьезен,) — сладко завлекает голландец, напоминая паука, выплетающего липкую сеть искусительных соблазнов. — My heart longs for you. (Мое сердце истосковалось по тебе.)

Они присоединяются к танцующим парам, оставляя меня во власти незнакомца. Кажется, Дитц специально не представил нас друг другу и опять-таки преднамеренно увел любовницу, чтобы не создавала преград. Интуиция или паранойя?

— You should have enjoyed the show, (Вам, должно быть, понравилось шоу,) — начинает разговор незнакомец, впиваясь заинтересованным взглядом в мое лицо, будто стремится проникнуть под маску, разглядеть все в мельчайших деталях.

Сразу отмечаю безупречное, исконно английское произношение. Вероятнее всего, Лондон. Как же голландец терпит его непонятную речь?

— It was rather impressive, (Это было довольно впечатляюще,) — стараюсь сохранять спокойствие, не поддаваться неясным инстинктам.

— I have seen at least twenty variations of it. (Я видел, по крайней мере, двадцать вариаций шоу.) But today I’ve missed the main part, (Но сегодня пропустил основную часть,) — признается он. — I’ve just arrived.

Теряюсь, тщетно пробую собраться с мыслями, отчаиваюсь подобрать достойный ответ.

— Would you like anything? (Хотели бы чего-нибудь?)

Тембр его голоса наполняет невинное предложение подозрительным подтекстом, вынуждает инстинктивно вздрогнуть и облизнуть пересохшие губы. Действует гипнотически, вытесняет посторонние образы и отстраняет от мира вокруг. Это не имеет ничего общего с возбуждением. Скорее, паника жертвы, загнанной в капкан. И хоть нас со всех сторон окружают люди, я не чувствую себя в безопасности. Жажду скрыться, раствориться в толпе, потеряться среди сверкающего лабиринта масок.

Кто он такой? Кто… кто…

Вопрос вспыхивает на задворках подсознания, постепенно гаснет в отдаленном эхе, слабой вибрацией ударяет по вискам.

— Champagne or something stronger or maybe water, (Шампанского или чего-нибудь покрепче, а, может, воды,) — подступает ближе, не позволяет разорвать зрительный капкан, будто удав присматривает очередную мышь на ужин. — Your cheeks went white. (Ваши щеки побледнели.) You look as if you are going to faint. (Кажется, вы близки к тому, чтобы потерять сознание.

— I am fine, (Я в порядке,) — вымученно улыбаюсь и, на всякий случай, делаю шаг назад. — I don’t need anything. (Мне ничего не нужно.)

— Are you sure? (Вы уверены?)

Не успеваю и рта раскрыть, как рядом появляется Сильвия и тут же активно включается в разговор.

— I am so happy to see you here, (Я так счастлива видеть вас здесь,) — нежно щебечет она с лучистой улыбкой на устах, старательно играет в радушную хозяйку. — Chris was afraid you would not manage to visit us. (Крис боялся, что вы не сумеете посетить нас.