Она все еще боялась вдруг проснуться — происходящее было таким прекрасным и невероятным, что походило на сон.

Дэнни уже объяснила, где она пропадала долгие годы. Эвелин немедленно пожелала узнать всю ее историю, выслушала ее и, похоже, не удивилась. Теперь ей стало ясно, почему ее поиски Дэнни ни к чему не привели: искать девочку в трущобах ей и в голову не приходило.

— А я думала, ты погибла, — призналась Эвелин. — После долгих лет поисков я потеряла последнюю надежду. А потом поместье начали осаждать самозванки. У всех троих были твои глаза, но больше никакого сходства со мной или с твоим отцом. Цвет волос со временем может измениться, черты лица — тоже, но только не глаза. Самозванок готовил к роли кто-то, кто хорошо знал мою семью.

— Сколько, говорите, их было? — спросил Джереми.

— Три. Первой девочке было всего десять лет, она обманывала меня дольше всех. Через пять лет явилась другая. Еще через два — третья. Мне казалось, их находит и обучает кузен Роберта — он давно мечтал завладеть его поместьем и титулом. Когда его попытка объявить Дэнетт мертвой провалилась, он прибег к последнему средству — нашел новую Дэнни, которой он мог управлять или от которой мог избавиться, чтобы доказать, что ее нет в живых.

— Я как раз об этом думал, — признался Джереми. — После пятнадцати лет поисков Дэнни по закону должны были объявить умершей.

— Он добивался этого и пришел в ярость, когда его прошение отклонили. В то время еще была жива моя бабушка, а она дружила с судьей.

— Кузен — единственный родственник вашего мужа?

— Да. Они приходились друг другу троюродными братьями, к тому же сводными, потому титул и должен был перейти к Дэнни и ее детям. Но кузен добился бы своего, если бы провозгласил ее умершей прежде, чем у нее появятся свои дети. У тебя нет детей? — спросила она дочь.

Дэнни покраснела.

— Пока нет.

— Но скоро будут, — с усмешкой подхватил Джереми. Эвелин вздохнула:

— А отложить свадьбу нельзя? Я только что нашла ее и теперь опять теряю…

— Нельзя, зато вы можете поселиться у нас в Лондоне, — предложил Джереми.

— Благодарю за великодушное предложение, — отозвалась Эвелин. — Но докучать новобрачным я не стану. А в Лондон переберусь, чтобы почаще видеться с Дэнни. Наш прежний городской дом разрушен. Как вспомню, что там случилось… — Она вздрогнула. — Но я могу отстроить его заново. Земля по-прежнему принадлежит мне.

— А я тот дом совсем не помню, — призналась Дэнни."

"— И неудивительно. В тот раз мы впервые привезли тебя в Лондон. Несколько дней мы ходили за покупками, а еще няня водила тебя гулять в парк. Поэтому дом ты и не успела запомнить. А потом явился убийца. Я тоже погибла бы в ту ночь, если бы моя бабушка, не сломала ногу. Мы с ней были очень близки; кроме меня, у нее никого не осталось.