– Ты что, не проверил прогноз погоды для того места, куда мы едем? Хотя, что я несу? Ты, естественно, проигнорировал прогноз! – Нейл хотя бы надел прочную горнолыжную куртку, а вот бушлат Адриана не внушал мне ни малейшего доверия. Я заподозрила, что ничего другого у него нет. – Это все, что ты с собой взял?

– На мне – мое лучшее пальто! – заявил Адриан.

– Неужели?

– Стиль превыше материи, Сейдж. Там – много моих восторженных поклонников, которые ожидают, что я буду выглядеть наилучшим образом. Я не могу отягощать себя всяким… словом, не могу отягощать.

Я старательно изобразила отвращение.

– А когда ты выйдешь на двадцатиградусный мороз, не беги ко мне жаловаться. Я еду работать, а не нянчиться с тобой.

Нейл покачал головой, сочувственно взглянул на меня и вернулся к книге. Как только он перестал обращать на нас внимание, я поймала взгляд Адриана. Мы не осмелились улыбнуться, но от понимающего блеска его зеленых глаз мое сердце забилось чаще.

Так оно и продолжало биться на всем протяжении нашего путешествия. Мы трое сели рядом (Адриан устроил целое представление по данному поводу).

Я заняла среднее кресло. Нейл продолжал изучать различные техники атаки и сказал нам от силы пару слов. Мы с Адрианом якобы погрузились в пролистывание журналов, но я-то знала, что в действительности каждый из нас сосредоточен на близости другого. Наши ноги навольно соприкасались, и ничьей вины в этом не было. Когда подошла стюардесса с напитками, я чуть не улеглась Адриану на колени, пока тянулась за своей диетической колой. А потом Адриан стал искать, чего бы еще почитать. Он принялся обшаривать карман передо мной в поисках прессы, и рука его по пути задела мое бедро. Даже сквозь джинсы его провокационный жест заставил меня вспомнить о тех мгновениях, когда его руки скользили по моим ногам.

Это было мучительно… и восхитительно.

А еще его соседство меня изводило. Большую часть полета я думала лишь об Адриане, и о том, как бы нам еще больше сократить расстояние между собой. Случайные касания воспламенили меня, и к тому времени, когда мы добрались до места назначения, я мечтала исключительно об одном: когда же мы останемся наедине и дадим себе волю! Судя по затянувшемуся молчанию Адриана и по тому, как у него перехватывало дыхание, когда наши взгляды встречались, похоже было, что непристойные мысли одолевают не только меня.

«Угомонись, Сидни, – сказала себе я. – Или, по крайней мере, остынь. Тебе вроде бы полагается стремиться разумом к высшему знанию?»

Смятение чувств поглотило меня, и, когда самолет пошел на снижение, реплика Нейла застала меня врасплох.

– А будет ли у меня возможность увидеться с Оливией?

Адриан оторвался от сборника стихов.

– Вероятно.