Она спросила: «Все уехали?» Я ответила: «Лидия в поселок, как всегда, свалила. Медсестра, которая ей помогает, еще раньше восвояси отправилась. Вы с малышом одни, не бойся, никто сюда не залезет. Но если тебе страшно, могу здесь переночевать». Она поблагодарила: «Спасибо. Не обижайся, но мне хочется одной остаться». Я ушла. Утром Елена приехала, и такое началось! Она на Ефима Петровича так заорала, что я чуть со стула не упала. У нас во дворе стояла, вопила: «Что велели делать? Девку стеречь! А ты, дурак, что делал? Дома дрых!» Мужчина начал оправдываться: «Поужинал, хотел идти в роддом, да заснул случайно. Сон сморил, очнулся в девять утра. Тишина. Не подумал про плохое. Раньше бабы в поле рожали и сразу снопы вязать принимались. Сейчас по неделе лежат, стонут, как им плохо. Нинка хилая с виду, решил, спит она!» Потом Лидия вбежала в дом к Елене, бросилась к моей свекрови: «Еду из Тауэра сюда, на дороге «копейка» этого мужика-идиота! В канаву съехала! Затормозила, пошла посмотреть, что случилось. За рулем Нина! Мертвая! Ребенка нет! Что делать?» Елена ей каменным голосом: «Успокойся. Выдохни. Выпей чаю. Сейчас решим». Пока моя свекровь Голикову успокаивала, полицейский приехал. Вежливый очень, сказал: «В начале восьмого в коттеджный поселок Тауэр направлялся мастер-водопроводчик. Он увидел в канаве машину, в ней лежала мертвая женщина». Лидка за сердце схватилась: «Ужас, ой, мне плохо!» – и убежала. Елена начала охать. Потом Голикова вернулась, давай врать: «Мы ничего не знаем, только проснулись. Вы завтра поговорите с Ефимом Петровичем, он сегодня поехал в соседнюю деревню. Это его машина». Тело Нины в морг увезли.

Арина развела руками.

– Представляете ситуацию? В Рукино никто из посторонних не заглядывает. Село не на трассе, ни магазинов, ни достопримечательностей нет. Рядом Тауэр, но там только «натуральные люди». Ефим давно всякую бдительность потерял, ключи в машине оставлял. Ну, быстро все поняли, как Нине удрать удалось. Она в окно вылезла – решеток тогда еще не было. И одну роженицу на ночь оставили! А чего беспокоиться? Девушка здорова, ребенок спокойный, завтра родители Нины приедут, заберут новорожденного, кому-то они его отдадут. Расслабился не только Ефим, все остальные тоже хороши. Да и Лидия тоже тварь. Куда новорожденный подевался? Лес подмосковный, но в нем лис полно, собаки бродячие стаями живут. Могли ребенка утащить. Лидия в ярость впала. На окна роддома ставни железные поставила. Ефима сгоряча выгнала, потом отошла, простила всех.

– Отчество, фамилию, год рождения Нины знаете? – быстро спросила я.

– Нет, – вздохнула Арина. – Но Елена, свекровь моя, в курсе точно! Она правая рука Лидии. Обе такие дела мутят! В Рукино и аборты на позднем сроке делают, и вообще ужас творят – там все преступники.