Василий разрешает заходить во двор только лицу? Остальные части тела остаются рыдать на улице?

– Может, Иммануил под воротами пролез? – придумала новый вариант Ирина Леонидовна.

– Иван Никифорович предусмотрительный, – похвалил моего мужа охранник, он же дворник, – велел полозья проложить. По ним створки скользят, даже муха там не пролетит. Ступайте домой, обыщу периметр, доложу. А если по-простому говорить, то ваш парень дома, может, в туалете засел. Подождите, выйдет он!

– Отбой тревоги! – крикнула Надежда Михайловна, высовываясь из окна. – Беглец найден.

Глава четырнадцатая

На следующий день после обеда я стояла напротив двери, обивку которой не меняли с советских лет. Коричневый дерматин, простеганный, как одеяло, «золотыми» шнурами, кое-где порвался, наружу торчали клоки желтой ваты.

И половичок оказался древним. В моем детстве такой считался очень красивым, за ковриком, который прикидывался цветочной клумбой, стояли в очередях. Маленькая я очень хотела, чтобы подобный лежал у двери нашей квартиры. Но бабушка, проходя мимо соседской двери, всегда злилась:

– Ишь! Выпендрились! Денег у них куры не клюют! Воры!

Один раз я не сумела сдержать любопытство:

– А что Сорокины украли?

– Все! – рявкнула старуха.

 – Жена каждую зиму в новом пальто. Мужик в ондатровой шапке. Дочка в дохе из цигейки. Нормальные люди так не живут. У честных перед дверью – как у нас!

Я посмотрела на скомканное дырявое полотенце, которое валялось около нашего входа, и продолжила «интервью»:

– Бабушка, значит, в нашем подъезде все жильцы воры? У них красивые коврики, а у нас рванина! Одни мы честные?

Мне тут же отвесили затрещину, потом старуха проворчала:

– Они деньги не считают! А твой папа на машину копит, о ней мечтает.

Вот купим – пусть все вокруг от зависти сдохнут!

Я притихла, но в голове сложилась логическая цепочка. Я знаю всех, кто живет в доме. Наши соседи с красивыми ковриками. Взрослые часто покупают своим детям мороженое, берут в булочной вкусные маковые плюшки, пирожные. Они крадут чужие деньги, поэтому живут хорошо. Их бабушки не лупят внучек, мамы улыбаются дочкам, все вместе ходят в кино, театр, цирк… И я спросила:

– Бабушка, а почему нам ворами не стать? Папа тогда быстро купит автомобиль, мы сможем иногда сосиски на ужин кушать!

«Добрая» бабуля подарила мне новый подзатыльник и от всей души высказалась:

– Папаша твой трус, мать дура! Ни заработать, ни стырить не способны.

Пара леворуких идиотов! Нет бы нахимичить в документах или барашка в бумажке взять! А они боятся! Кретины. – Старуха замолчала, потом втолкнула меня в квартиру и пообещала: – Если кому наябедничаешь, передашь, что я сказала, дождусь, пока заснешь, и язык тебе отрежу.