На арену выскочил огромный бык, и появившийся из-за небольшого деревянного ограждения матадор начал дразнить животное.

– Сейчас появятся пикадоры, – в восторге сообщила Меган.

Хайме Миро с удивлением посмотрел на нее. Он-то боялся, что от кровавого зрелища ей станет дурно и она привлечет к их компании ненужное внимание, но ей, похоже, это нравилось. Как странно: монахиня и…

Тем временем на арене появился пикадор: на лошади, накрытой толстой попоной. Бык наклонил голову и бросился на лошадь, но едва его рога вонзились в попону, пикадор воткнул в его шею восьмифутовую пику.

Меган, как завороженная глядя на арену, пояснила:

– Это для того, чтобы ослабить шейные мышцы быка.

Феликс Карпио удивленно заморгал:

– Верно, сестра.

Меган смотрела, как в шею быка вонзаются ярко раскрашенные бандерильи[50], и едва не прыгала от восторга.

Потом настал черед матадора. Он вышел на арену с красным плащом в руках, под которым скрывалась шпага. Бык развернулся и пошел на него.

Меган разволновалась еще больше и сообщила:

– А сейчас он начнет исполнять пассы: сначала веронику, потом медиаверонику и в конце реболеру.

Хайме все-таки не выдержал и спросил:

– Откуда ты все это знаешь, сестра?

– Мой отец был тореадором, – не задумываясь ответила Меган. – Смотрите!

Дальше события разворачивались настолько быстро, что за ними невозможно было уследить. Разъяренный бык без остановки нападал на матадора, но каждый раз тот отводил плащ в сторону и животное бросалось на плащ."

"Меган обеспокоенно сдвинула брови:

– А что, если бык ранит матадора?

Хайме пожал плечами:

– В таком городишке, как этот, им наверняка займется местный цирюльник. Отвезет к себе в сарай и подлатает.

Бык вновь бросился на матадора, но тот отскочил в сторону. Зрители недовольно загудели.

– К сожалению, это не самый зрелищный бой, сестра, – словно извиняясь, заметил Феликс Карпио. – Тебе бы посетить настоящую корриду. Мне посчастливилось посмотреть на бои Манолете, Эль Кордобеса и Ордоньеса. Бои быков с их участием были поистине незабываемыми.

– Да, это легендарные испанские матадоры. Я о них читала, – сказала Меган.

– О них прямо легенды ходят, – добавил Феликс. – Молва гласит, что Манолете, например, когда-то был обычным тореадором, не лучше и не хуже других, собирался жениться, но в одну из коррид рог быка вонзился ему в пах. Доктор зашил рану, однако предупредил, что у Манолете никогда не будет детей. Молодой человек так сильно любил свою невесту, что решил ничего ей не говорить из опасения, что она не выйдет за него замуж. Они поженились, и несколько месяцев спустя молодая жена с гордостью сообщила Манолете о своей беременности. Конечно же, он знал, что это не его ребенок, и бросил жену. Обезумев от горя, та покончила с собой.