Андрей закрывает шкаф и, достав оттуда чистую одежду, оборачивается ко мне. Без лишних слов понятно, что я раздражаю его своим голосом и присутствием, но спасовать и уйти — точно не то, чего я добивалась, а о том, что искупать грехи будет непросто, знала задолго до личной встречи.

Открыв сумочку, достаю оттуда папку с файлами. Утром я сто раз меняла решение. То скрепляла листы степлером, то вкладывала каждый в отдельный файл. Никогда не считала себя столь дотошной, но всё, что касалось гонщика, невольно делало меня именно такой.

— Я распечатала важное. Там медицинские статьи, комментарии. Истории реальных спортсменов, которые пережили травмы и благополучно вернулись в спорт. Я понимаю, что сейчас сложный период. И невозможность что-либо исправить медленно убивает, но главное – не сдаваться.

— Нет, не понимаешь, — перебивает Бакурин. — Ты ничего не знаешь обо мне, чтобы спокойно рассуждать о том, что я чувствую.

Это первые за сегодня слова от Андрея. И, к моему удивлению, они не звучат грубо. Просто резко. Я неотрывно смотрю в зелёные глаза напротив, понятливо киваю. Но, тем не менее, остаюсь верна тому, что изначально говорила.

— Я знаю достаточно.

Выдержав тяжёлый взгляд, продолжаю:

— Андрей Бакурин — раллийный автогонщик, самый титулованный в стране за всю историю. Обладатель рекордов по количеству побед, очков, выигранных спецучастков и подиумов в чемпионате мира. Тридцать лет, женат. Лев по знаку зодиака. Вес — восемьдесят пять килограммов. Рост — метр девяносто. Для гонщика много — в этом спорте любят низких и юрких, но к вам никогда не было претензий.

Я останавливаюсь, чтобы перевести дыхание. Мне жарко, к спине липнет платье. Информации в голове так много, что я могла бы рассказывать ещё и ещё — часами. На лице Андрея при этом не дёргается ни единый мускул.

— Я здесь, потому что искреннее хочу помочь. Не знаю, чем — если несложно, то озвучьте. И, поверьте, невозможность что-либо исправить в этой ситуации медленно убивает и меня. Как и бездействие.

Бакурин указывает в сторону ванной комнаты.

— Ладно. Поможешь мне принять душ?

Я мгновенно теряюсь. Сжимаю пальцы в кулаки, густо краснею. Должно быть, это видно, потому что гонщик едва уловимо усмехается.

— Да, конечно, — отвечаю с небольшой заминкой. — Пойдёмте.

Андрей включает свет, проходит в ванную комнату. Я снимаю с плеча сумку, оставляю её на мягком кресле. Папку с распечатанной информацией кладу на кровать.

Откидываю волосы за плечи, направляюсь следом. Пока не понимаю, что от меня требуется, но стараюсь не акцентировать внимание на путаных мыслях.

Когда перешагиваю порог ванной комнаты, то удивляюсь тому, насколько она тесная. Здесь стоят унитаз и душевая кабина. Есть чистые полотенца и гигиенические принадлежности. Ничего лишнего.